Общество мертвых и исключительных

А дождь все усиливался. Капли, которые стали в разы крупнее, застучали по земле. Яркая молния сверкнула в сером небе, и спустя секунды вдали послышался гром.

Ну же, Бенни! Давай! Не тяни ты это чертово время! Скажи все как есть, и я отстану от тебя на веки вечные.

— А если я приведу подругу, то ей ты расскажешь? — Эбель решила, что с Соль Бенни будет дружелюбнее.

— Н-н-нет.

Та-а-ак… уже лучше. В нее уже хотя бы не бросили пренебрежительным «уходи».

— А кому бы ты все рассказал? Может, кому-то из преподавателей? — Эбель, конечно, понадеялась, что услышит имя Кэруэла. — Или директору? — Ее имя она хотела бы услышать меньше.

— Р-р-реджису. Я буду г-г-говорить только с ним.

И небо озарила новая вспышка. Эбель тяжело вздохнула и недовольно топнула ногой. Промокшая насквозь кофта повисла на тонких плечах. Блокнот, в который она так ничего и не записала, размяк. Настроение испортилось. А было лишь восемь утра. Гребаных. Восемь. Утра. И Эбель вместо теплого кабинета философии выбрала сырое кладбище.

— Тогда я загляну к тебе позже, Бенни. Хорошо? — пыталась перекричать дождь Эбель.

И в окне показался красный кленовый листочек."

"Эбель пришла на философию в середине урока. И, подсев к Соль, которая быстро убрала свою сумку с занятого для подруги стула, извинилась перед профессором. Тот лишь закатил глаза и что-то пометил в своей толстой тетради.

— Ты куда ходила? — Соль скривила губы, посмотрев на промокшую кофту. — Принимала душ в одежде?

Ноа, сидящий за Соль, наклонился к ним поближе.

— На кладбище, — ответила Эбель.

— С ума сошла? — Ноа выпучил глаза. — После того как смотрителя убили, ты попер…

— Молодые люди, — постучал по столу мистер Хан, — не срывайте мне занятие.

Соль кивнула и виновато опустила взгляд. Как обычно. Эбель уже успела привыкнуть к этому, ведь она делала так всегда, стоило профессору повысить голос или сделать ей замечание. Похоже, каждый такой раз был для Соль стрессом, и после занятия она сразу выпивала стакан горячей воды, чтобы прийти в себя и разгладить морщины, которые, по ее словам, вылезли на ее покрасневшем от стыда лице.

— И что ты узнала? — шептал теперь Ноа.

— Что мне нужен Реджис. — Эбель осмотрела студентов и увидела все факультеты, кроме особо опасных. — Где он, кстати?

— У «красных» занятия с мисс Вуд. Они же у нас особенные. Им философия не нужна, — обиженно пробубнил под нос Ноа.

— Какая пара следующая?

— Сколько раз мне нужно сделать вам замечание?! — вновь разозлился профессор.

Соль опять извинилась за всех троих, хоть и сидела все это время молча.

— У меня риторика. У «фиолетовых» какая-то там тактика. У «белых» — понятия не имею. У вас вроде садоводство. Или хрен знает, какой еще предмет поможет вам освоить свой дар и помочь людям в городе.