Красавица и чудовище

– Лиз, открой, – голос Максима нарушил тишину комнаты.

От резкого выброса адреналина в кровь сердце забилось чаще. Страх с новой силой сковал тело, Лиза просто смотрела на дверь и не могла пошевелиться. Не знала, чего ждать от мужа и как справиться с его агрессией.

– Лиз, ну я с миром пришел. Честно.

Она не хотела ни видеть, ни слышать его, но понимала бесперспективность своего упрямства – рано или поздно выйти из комнаты все равно придется, и настроение его может быть уже не таким благостным.

Собравшись с мыслями, Краснова встала и открыла щеколду. Дверь тут же распахнулась, на пороге стоял Максим и улыбался.

– Не злись, – он осторожно притянул ее к себе и уткнулся носом в шею.

В его порыве не было ни капли искренности и раскаяния, лишь холодная расчетливость. Максим просто-напросто испугался, что может потерять свой авторитет. Вчера его непоколебимое влияние ослабло – Лиза дала достойный отпор. И, чтобы сохранить главенство в семье, ему пришлось пойти на хитрость.

– Не надо было при ребенке…

– Прости, я сорвался, – не дожидаясь ответа, он скользнул ладонью к затылку и, надежно зафиксировав голову, впился губами в приоткрытый рот.

Лиза содрогнулась от мерзости, с силой сжала кулаки и едва сдержалась, чтобы не оттолкнуть его. От отвращения выворачивало наизнанку, но она слишком боялась его реакции, поэтому решила просто не двигаться.

– Мир? – поинтересовался Макс, вдоволь насытившись податливостью жены.

– Мир, – тихо ответила она и, ловко вывернувшись из опостылевших объятий, скрылась в ванной."

"Прохладный душ расслаблял затекшие от напряжения мышцы, пробуждал измученный, уставший мозг. Под мерный шум воды, монотонно барабанившей по коже, Лиза наконец могла подумать. Она ощущала себя в полнейшем тупике, из которого не видела выхода – сын, на которого она молилась, возлагала большие надежды, обманул ее. Не просто обманул, а за ее спиной провернул целую аферу.

Нет, Краснова не злилась на Женю, ведь он был всего лишь ребенком, но не понимала, как на это пошел Гилберт, как он посмел использовать доверчивость маленького мальчика в своих корыстных целях. Что теперь делать, она не знала. Необратимые последствия могли быть при любом раскладе: если она запретит сыну работать, то, скорее всего, потеряет его, а если разрешить, то потеряет свое достоинство.

– Он эту кашу заварил, пусть сам и расхлебывает, – сквозь зубы процедила Лиза, намереваясь высказать свое недовольство Алексу напрямую и потребовать прекратить всяческие контакты с ее сыном.

Полная решимости, она выключила воду и, завернувшись в большое полотенце, вышла из ванной.

***

По мере приближения к спорткомплексу решимость Лизы таяла, как снег под жарким солнцем. В мыслях все было легко, но на деле оказалось совсем иначе.