Королевство гнева и тумана

Когда ты собирался мне рассказать?

— Не знаю. Хотел вчера. Или когда ты сама заметишь, что все это было не просто уговором, который мы заключили, дабы спасти твою руку. Я надеялся, что вчера, когда мы легли, ты догадаешься…

— А остальные знают?

— Амрена и Мор знают. Азриель и Кассиан догадываются.

Мне стало жарко. Они знали! Они!

— Почему ты мне не сказал?

— Ты же искренне его любила. Собиралась за него замуж. А потом… потом на тебя столько всего навалилось, я считал неуместным обрушивать на тебя еще и это.

— Я имела право знать.

— Совсем недавно ты сказала, что хочешь отвлечься и развлечься. Возможно, тебе не нужны парные узы. Или нужны, но не с таким непредсказуемым существом, как я.

Видно, слова, брошенные мною после визита ко Двору кошмаров, его задели.

— Ты же обещал. Ты обещал, что не будет никаких секретов, никаких игр. Ты обещал! — выкрикнула я.

Что-то оборвалось в моей душе — что-то, как мне казалось, давно ушедшее.

— Помню, что обещал. — С лица Риза уходила смертельная бледность. — Думаешь, мне не хотелось тебе рассказать? Или думаешь, мне приятно было слышать, что я нужен лишь для развлечения и удовлетворения потребностей тела? Знаешь, почему эти мерзавцы сумели добраться до меня и свалить на землю? Я позволил себе рассеять внимание. Моя голова была занята совсем другим. Я решал, рассказать ли тебе сейчас или ждать дальше, довольствуясь тем, что ты мне предлагаешь, и не просить о большем. У меня даже были мысли отпустить тебя, чтобы обезопасить твою бессмертную жизнь. Верховные правители не смирятся с нашим союзом, и за пределами Велариса опасность может подстерегать тебя на каждом шагу.

— Не хочу слушать твоих объяснений! Опять получается, что ты знал лучше меня, что я вынесу, а чего не вынесу!

— Но ты же задала вопросы. Я стараюсь на них ответить.

— Нет! Ты рассказываешь, как решил держать меня в неведении, когда все твои друзья знали. Получается, вы все решали, что́ для меня лучше.

— Фейра…

— Верни меня в иллирианский лагерь. Сейчас же.

Он тяжело, прерывисто дышал.

— Фейра, прошу тебя…

Я подскочила к нему и схватила за руку:

— Немедленно верни меня в лагерь!

Его глаза были полны боли и печали. Я это видела, но не обращала внимания. Что-то рвалось у меня в груди — я и на это не обращала внимания. А мое сердце… Оно вновь болело, причем сильно. Вновь чувствовало. Оно ожило за последние несколько месяцев. Можно сказать, Риз починил мое сердце.

Но я все равно не могла простить ему этого утаивания.

Все это Риз прочитал на моем лице. Ему самому было очень больно, и не только от душевных терзаний. Напрягая едва вернувшиеся силы, он перебросил нас в иллирианский лагерь.

Глава 51

Мы плюхнулись в стылую глинистую жижу напротив дома.