Барышня и хулиган

— Утихни, гад, — ослабляя хватку, посоветовал Мишка.

— Ты мне руку сломал, — охнул Витя.

— Не выдумывай, когда сломаешь, бывает гораздо больнее. Начнешь хитрить, тогда узнаешь.

— А мне хитрить нечего. Мишка отпустил его, он сел на диван, со злостью глядя на меня.

— Дверь-то закрывать надо, — вздохнул Мишка не без сочувствия.

— Тебя когда выпустили? — задал вопрос Витя, из чего я заключила, что они с Шальновым знакомы, но оказалось, что ошиблась.

— Откуда знаешь, что меня забирали? — продемонстрировал свою лучшую улыбку Мишка.

— Ну… Лось говорил… Ты ведь ее муж? — Он кивнул в мою сторону.

— Вроде того. И что дальше?

— Ничего. Лось сказал, ты кому-то башку проломил.

— А мою фотографию он на груди носит?

— Я спрашиваю, он тебе мой портрет показывал или у меня просто на роже написано «Катькин муж»?

— А… нет. Я в «Элане» работаю, фирма, рядом с вашей, видел тебя много раз.

— Ясно. То-то мне твоя физиономия знакомой показалась…

— Ты Лося убил? Из-за этой сучки? Она же… я и Славке говорил…

— Что говорил, это правильно. Только мне твой Лось без надобности. И голову я никому не проламывал, оттого и выпустили, а теперь вот опасаюсь, как бы это убийство на меня не повесили. Так что, если есть соображения на сей счет, давай выкладывай.

— У своей сучки спрашивай, она Славку сдала.

— На мою дражайшую половину это похоже, — кивнул Мишка. — Но все-таки хотелось бы узнать что-то посущественнее, чем твои заверения. Вот Екатерина Юрьевна утверждает, что на даче не была.

— Врет. Я ее сумку нашел. За батареей лежит.

— Проверь, — кивнул мне Мишка, я приблизилась к батарее, пошарила рукой и в самом деле

Обнаружила маленькую дамскую сумочку на серебряной цепочке. Подойдя к журнальному столу, я вытряхнула на него содержимое сумки: пудреница, два тюбика помады, две купюры по пятьдесят рублей, немного мелочи и плотный лист бумаги. Я развернула его и прочитала: «Свидетельство о расторжении брака между Шальновым Михаилом Степановичем и Ивановой Екатериной Юрьевной».

— Это точно Катькина сумка, — пролепетала я, протягивая свидетельство Мишке.

— Конечно, точно, — разозлился Витька, потом нахмурился и озадаченно замолчал, уставившись на меня.

— Ты милицию вызвал? — повертев бумажку в руках, спросил его Шальнов.

— Куда? — очнулся Витька, особо толковым парнем его не назовешь.

— Нет. Я Любке позвонил, а уж она как хочет.

— А про сумку Любке рассказал? — Витька поморщился.

— Нет. Я вообще во все это влезать не желаю. Если не ты его кокнул, тогда и вовсе… Уеду я. Пересижу где-нибудь, пока здесь все не утрясется.

— Витя, это очень мудрое решение. Я вижу, ты наполовину собрался, заканчивай сборы и вперед. Здесь становится небезопасно.