Пером и шпагой. Битва железных канцлеров

 – Но что же вы, не спросясь, меня перед баталией будите? Идите, не мешайте…"

"Граф Шверин был очень удивлен, когда его похититель сказал на добротном немецком языке:

– Любезный граф, вы ложитесь на спину, а я преклоню вам голову на живот… Что поделаешь, – говорил Орлов, устраиваясь поудобнее, – я не привык спать без подушки…

Фермора скоро опять разбудили. Был всего пятый час утра. За пологом шатра проснулся и принц Карл Саксонский, который страстно желал «проявить» себя в баталии, дабы заполучить от щедрот России корону герцогов Курляндских.

– Разбудите и барона Сент-Андре, – сказал Фермор.

Подняли с постели представителя Вены при русской ставке. Сент-Андре срочно явился, позевывая сладчайше, в роскошном халате и атласных туфлях. Над ланкартами трепетно дымили свечи.

– Что случилось? – спросил Сент-Андре.

– Нас окружили, – сообщил Фермор. – Король отрезал нас поначалу от Румянцева, отсек и от связи с вагенбургами. Фридрих стоит так близко, что я затылком чувствую его дыхание.

– Надо менять весь фронт, – посоветовал Сент-Андре. – И старайтесь поскорее разломать каре, построенное нами. Войска следует выводить в обычную линию…

– Вы так находите, барон? – нахмурился Фермор.

– А иначе… сложить знамена! – подсказал принц Саксонский.

Лагерь ожил. Перестроение, столь спешное, вызвало замешательство. Вторые линии войск становились теперь первыми. Первые – вторыми. Каре с треском разламывалось. Левый фланг становился правым флангом. Офицерам, особенно полковникам, спросонья предстояло быстро переубедить себя в правилах диспозиции. Разом все оказалось наоборот. Великая неразбериха в обозах уже началась. Артиллерия путалась среди повозок…

Перестроение продолжалось до утра, но так и не закончилось. Король ждать не стал и открыл сражение – решающее сражение Семилетней войны, которое вошло в историю народов под названием – Цорндорф!

Цорндорф

Рано-рано утром, еще не рассвело, Фридрих проехал через свой компанент, говоря солдатам:

– Враг жесток и опасен. Будьте же беспощадны и вы! Сегодня мы должны забыть о жалости к побежденным…

Теперь, когда все было решено, он не спешил, и баталия началась лишь в девять часов утра. Никто из генералов Пруссии никогда не знал – как откроет Фридрих сражение. Но у короля был давний излюбленный прием, проверенный в викториях.

– Косая атака! – провозгласил он…

Русские священники еще проезжали вдоль рядов своих войск – верхами на лошадях, с хоругвями, кропили воинов водицей с рыжих метелочек. Солдаты вынимали кожаные манерки, наспех делали глоток-другой водки и кричали согласно:

– Виват Россия-а!..

Цорндорф уже горел, разделяя противников. Гусарские эскадроны Фридриха обходили русский лагерь во флангах.