Жечь мосты и грабить корованы

Барон Мангор даст лидеру каждой команды драконоборцев инструкции, слушайтесь его и получите награду, достойную ваших усилий. На этом сегодня у меня всё, благодарю за внимание.

Всё с тем же абсолютно каменным лицом граф Готфрид вышел из зала, несмотря на вал вопросов, обрушившихся на него после окончания речи.

Драконоборцы обернулись к ничем не примечательному, но выглядевшему куда более человечным барону. Тот добродушно улыбнулся и принялся раздавать указания…

Глава 15. Дорога на восток

Каждый убежден, что другие ошибаются, когда судят о нём, и что он не ошибается, когда судит о других.

Андре Моруа

— Когда мы приедем?

— Не знаю.

— Когда мы доберёмся до места?

— Не знаю.

— Через сколько времени мы доедем?

— Не знаю! Маразматис, ты издеваешься или реально забываешь, о чём спрашивал пятью минутами ранее?

Колдун обиженно фыркнул, демонстративно отъехав подальше от сэра Витальевича. Рыцарь выругался, он и сам не прочь был узнать, когда они, наконец, доберутся до этой проклятой Восточной гряды — мир Врат Барана действительно был огромен.

Виталик полночи просидел вчера за компьютером, оставил игру включённой, когда уходил на работу, успел, на радость маме, спокойно поужинать на кухне, а Братство Конца всё ехало и ехало на восток, где горы только начинали проявляться на горизонте.

«Тоска. Могли бы, как во всех нормальных играх, сделать по миру быстрое путешествие, а не выкобениваться со своей реалистичностью где надо и где не надо», — ругался всегда топивший за эту самую реалистичность геймер.

— О чём задумались, сэр Витальевич? — подъехал к лидеру драконоборцев Рыжебород.

В отличие от остальных членов Братства Конца, гном предпочитал верховой езде на лошади просиживание в повозке или, на худой конец, поездку на спокойном муле. Короткие толстые ножки бородатого коротышки, и правда, не казались приспособленными для щекотания шпорами боков резвой лошади. Максимум, что Рыжебород мог делать, когда ему всё-таки приходилось залезть на боевого коня — это вцепиться в седло и поводья. Поэтому гному обычно поручали управление огромным фургоном, который Братство Конца использовало для перевозки награбленного добра. По собственной воле Рыжебород пересаживался на мула, лишь когда хотел побеседовать наедине с сэром Витальевичем, передавая на это время управление фургоном кому-нибудь из более высоких товарищей, уставших от долгой скачки.

— Да вот, всё думаю, как я дошёл до жизни такой, — печально вздохнул рыцарь. — Мечтал жечь мосты и грабить караваны, а вместо этого сам еду за тридевять земель в караване, чтобы выполнять странные поручения какого-то графа.