Город и его ненадежные стены

Я восхищался методичностью и последовательностью Коясу, и мои еженедельные посещения кладбища больше походили на встречу с живым другом, нежели на оплакивание умершего.

Но в то февральское утро было так холодно, что я не смог долго сидеть возле его могилы и разговаривать с памятником. Уже минут через десять я сдался и вернулся в город. Как обычно, зашел в маленькую кофейню на вокзале, чтобы согреться, выпить горячего кофе и съесть кекс. Там было два вида кексов: с черникой и без нее, но я всегда брал те, что с черникой. В это утро я был в кафе единственным посетителем. За стойкой стояла та же женщина в клетчатом фартуке, что и всегда. И как обычно внутри тихо играл старый джаз. Пол Десмонд старательно выводил

соло на альт-саксофоне. Это напомнило мне, что во время моего первого визита сюда звучал квартет Дэйва Брубека, в составе которого был и Десмонд.

- «You Go to My Head», - сказал я сам себе.

Хозяйка, разогревавшая кексы в духовке, подняла глаза и увидела меня.

- Пол Десмонд, - сказал я.

- Это вы о музыке?

- Да. Гитарист - Джим Холл.

- Я ничего не понимаю в джазе, - сказала она извиняющимся тоном, указывая рукой на динамик, - Просто включила эту радиостанцию.

Я кивнул. Да, она была еще слишком молода, чтобы оценить Пола Десмонда. Я откусил кусочек черничного кекса, и сделал глоток кофе. Красивая все-таки мелодия.

Внезапно я вспомнил, что никогда не слышал музыки в городе за стеной. И совершенно по ней не скучал. Мне ни разу не захотелось что-нибудь послушать, и я даже не замечал, что музыка нигде не звучала. Почему?

Когда я очнулся от своих мыслей, мальчик с желтой подводной лодкой на толстовке стоял рядом с моим стулом. Я только что доел черничный кекс и вытирал рот бумажной салфеткой. Вообще- то, поскольку мальчик застегнул свой темно-синий пуховик до шеи и обернул вокруг него шарф, я не мог точно знать, была ли на нем сейчас эта толстовка. Но, скорее всего, была.

Я посмотрел на него с изумлением. Что он здесь делал? Откуда он узнал, что я сейчас сижу в этом кафе? Он следил за мной? Или уже знал, что я захожу сюда каждый раз, возвращаясь с кладбища?

Мальчик стоял рядом со мной, но смотрел не на меня, а на женщину за стойкой, широко раскрыв глаза и опустив подбородок. Она сделала такое лицо, как будто хотела спросить: «Что вы хотите?» Но вместо этого лишь одарила его дежурной улыбкой.

- Не могли бы вы назвать мне дату вашего рождения? - вежливо спросил он, будто читая вопрос с листа бумаги.

- Мою дату рождения?

- Да, - сказал он, - Год, месяц и день.

Она выглядела немного озадаченной (что неудивительно), но все-таки назвала дату своего рождения.

- Среда, - сразу ответил мальчик.

- Среда? - безразлично переспросила женщина.

- Он имеет в виду, что вы родились в среду, - сказал я.