Кромешник и его светлое чудо

— Наш талантливый побратим, которому ты не доверяешь, мог и нарисовать знак, — усмехнулся Ярвуд. — Впрочем, как и любой из нас, хоть ненадолго.

Сбросив плащ, он оттянул рукав зеленого камзола. На белой коже темнела водяная лилия в солярном круге. Темнела пару мгновений, а затем исчезла, сменившись волдырем ожога. Невозмутимый кромешник прикрыл тканью неудачную попытку присвоить знак благоговения Тьмы.

— Это ты зря, — протянул Веркинджеторикс без капли сочувствия. — Заживать будет долго, Тьма принципиально не ускорит регенерацию.

Ярвуд скривил губы.

— И все же я смог воссоздать знак, пусть и на несколько секунд.

— Эйликса солем не обжигал и не исчез сразу, — возразил Веркинджеторикс.

— Наш побратим всегда был любимчиком Кромешной, — наблюдая за реакцией из-под темно-коричневых ресниц, произнес рыжеволосый. — Но и у него солем был тусклым, будто не настоящим.

— Это потому что девушка не приняла его. А вообще, я не хочу о нем разговаривать. — Веркинджеторикс бросил быстрый взгляд на лицо невозмутимо спящего принца.

— Эйликс предатель, он напал на принца и больше мне не побратим.

— Ты так категоричен, Джет. Вспомнил, что произошло в тот день? — вкрадчиво спросил Ярвуд.

Резким движением Веркинджеторикс набросил капюшон на голову.

— Мои воспоминания все так же скрыты. Так, пойду на охоту, без суженой принц сам не проснется.

— Джет, подожди! — окликнул рыжий кромешник побратима.

Веркинджеторикс остановился выжидая.

— Больше не заставляй девчонок целовать принца.

Прозванный Поцелуйным Маньяком кромешник опять откинул капюшон.

— Прости?..

— Поцелуй — необязательное условие, если помнишь. Достаточно, чтобы избранная девушка оказалась рядом.

— Но с поцелуем надежнее! — резко возразил Веркинджеторикс и вышел из убежища.

Ярвуд покачал головой.

— Он неисправим.

Из угла комнаты, куда не доставал свет лампы, вышел Мэттхольд.

— Джет зациклился на идее найти принцу суженую. Это опасно.

Рыжеволосый кромешник приблизился к побратиму.

— Еще опасней врать, Мэттхольд. Как и я, ты видел солем у латорийки, которая пробудила нашего побратима Эйликса, но твердил, что его не существует. Зачем?

— Чтобы забрать девушку, Ярвуд. Принц не очнулся в ее присутствии, она не его суженая.

— Возможно, твоя? — лениво, подчеркнуто без интереса, спросил рыжеволосый.

Вместо слов Мэттхольд продемонстрировал чистые запястья.

— Тогда почему ты решил ее забрать? — Ярвуд нахмурился.

— Воины Тьмы не вмешивают женщин в свой спор, — напомнил Мэттхольд незыблемое правило ордена.

Ярвуд кивнул, а затем внезапно потребовал:

— Покажи лицо, Мэтт.

Несколько ударов сердца побратим оставался неподвижным. Затем ткань сама сползла с темноволосой головы.

— М-да...