Волчья хватка. Книга третья

Если же придётся не по нраву, то и глаз не поднимет, и это будет красноречивее всяких слов.

Судя по всему, сёстры в Дивье урочище приехали впервые и эти смотрины у них тоже первые, поскольку вотчинница даже имена перепутала, хотя сделать это было мудрено. Сестёр звали Арина и Ульяна, а смуглую именем редким и вычурным—Лела. И сразу стало ясно, что она тут не впервой, давно знакома с вотчинницей и что невесты на выданье знают друг друга, ибо они все дружно рассмеялись, таким образом впервые проявив искренние чувства."

"Вдова ещё пыталась скрыть, зачем привезла девиц в урочище, и после знакомства, тут же, за столом, начала объяснять, как давят виноград и почему она не признаёт ни ручных прессов, ни тем паче каких–либо машин. Поэтому её вино раскупают чуть ли не в драку, а если его выдержать и каждый месяц, точно в полнолуние, закреплять каштановым горьковатым мёдом, то вообще вино превращается в напиток богов, редкостный по букету и вкусу. Мол, будь у вотчинницы желание и время, она бы давно уже участвовала во всевозможных выставках, в том числе и за границей, и побеждала бы в номинации традиционных и оригинальных вин, поскольку делает их, ничуть не отступая от древних технологий. Это во–первых; во–вторых, у неё только настоящие, местные сорта винограда, которые выращивали здесь горные скифы ещё задолго до нашей эры.

Девицы слушали её с интересом, не поднимая глаз и пряча голод, неохотное ли копченину из кабанятины и горного козла, надо сказать, и в самом деле очень вкусную и не жёсткую, во рту таяла. И всё зависело от нарезки— строго поперёк волокон. Вероятно, Булыга была из ловчего рода, и не только она; пожалуй, и девицы тоже, поскольку выявлялась их приверженность к дичи.

Многие араксы предпочитали её мясу домашний скот. Всякий зверь в природе потреблял в пищу лишь то, что было полезно, а не то, чем кормят. Ражный тоже молча ел козлятину, так как оба дня в Дивьем прожил на маринованных овощах и яичнице. Холодильника у вдовы не было из–за отсутствия электролинии, кладовая же, где хранились припасы, оказалась почему–то закрытой на тяжёлый навесной замок.

—А что у нас за столом мужчина молчит? — спохватилась вотчинница.

—Или оголодал тут в одиночестве?

—Жду паузы, — обронил Ражный.

—Какой паузы? — не поняла она.

—Чтоб слово вставить…

—А, ну вставляй! — позволила хозяйка и обидчиво добавила: — Вот ведь, болтливой обозвал. А я насиделась тут в одиночестве…

—Спросить хотел. — Вячеслав помедлил, прожёвывая. — Кто же у тебя добывает горных козлов?

—Сразу видно, из ловчего рода отрок! — горделиво промолвила старуха.

—Иной бы и не понял, что ест.

—В Горном Бадахшане охотился, — признался он. — Их там на каждой горке… Но кто тебе добычу приносит?

—Любовник, — усмехнулась она барственно.