Московский Лес-4. Леса хватит на всех

Как она и предполагала, крысолюди вели своих жертв к полотну МЦК, в полусотне метров от станции «Соколиная Гора» их ожидает большая дрезина с вагончиком на сцепке. К нему и подошла процессия, и Ева, пристроившись за углом крайней пятиэтажки, наблюдала, как раздвигают двери вагончика, как опускают оттуда дощатые сходни-трап, и крысолюди, по одному отвязывая зомби от бревна, загоняют их внутрь. А сильнее всего её поразила физиономия путейца, выглянувшего из будки. Ева даже узнала его – случалось как-то воспользоваться его дрезиной. Парень наблюдал за сценой погрузки со скучающим видом, мусоля в углу рта папироску - будто происходило это не в первый раз и успело изрядно надоесть. А ведь он не мог не понимать, что происходит нечто ужасное, отвратительное, чего в Лесу быть никак не должно!

Что же это – путейцы в сговоре с этой невесть откуда взявшейся нечистью? Ну, хорошо, пусть не все путейцы, пусть только группа, пусть даже один – но всё равно, новость поистине зловещая…

Погрузка закончилась, но крысолицые не торопились закрывать вагон. По трапу согнали трёх пленников, явно ещё не «обработанных». Для них бревно было великовато, и надсмотрщики по очереди стягивали им запястья общей верёвкой. Действовали они споро, без лишней суеты, что свидетельствовало о немалом опыте. И когда новая процессия двинулась в путь, Ева снова уткнулась глазами в бинокль - и едва сдержала удивлённый вскрик, разглядев лицо первого в связке пленника. Это был не кто иной, как известный всему Лесу челнок Петюня, на этот раз, правда, без своего знаменитого ослика Мойши. Физиономия Петюни выражала крайнюю степень испуга – бедняга затравленно озирался, дёргал верёвку, за что получал от надсмотрщиков тычки заостёнными палками. Пару раз он споткнулся и едва устоял на ногах – но, как и двое других его товарищей по несчастью, продолжал ковылять, подгоняемый гневным писком вожака крысолицых.

Ева задумалась. Чтобы добраться до парковки, им предстояло обогнуть угол пятиэтажки, подняться примерно по половину квартала по восьмой Соколиной, после чего свернуть во дворы. Причём – большую часть этого пути процессия не будет видна тем, кто остался на путях, но ещё не попадёт в зоне видимости готовящих свой жуткий ритуал крысолицых. Ева наскоро прикинула пути возможного отхода – таковых вырисовывалось, по меньшей мере, три, – и потянула с плеча карабин.

III

2054 год, осень.

Московский Лес,

Воробьёвы горы,

ГЗ МГУ

- Значит, больше тот тип в плаще не появлялся?

Мартин – он сидел на трёхногом табурете в несвежей майке-алкоголичке и ветхих тёмно-синих трениках со штрипками и пузырями на коленках - уныло покачал головой.