Московский Лес-4. Леса хватит на всех

- А зачем они продали ракопаука этим?... – она указала на устроителя игр.

Умар пожал плечами.

- Ну… может, сбыли на сторону негодную особь? Жёлуди - они всем нужны, а сетуньцам в особенности. Они же разные эликсиры варят – боевые, чтобы улучшить реакцию, снизить чувствительность к боли.

Сетунец встряхнул мешочек, засунул его за пояс, повернулся и пошёл прочь – Фране стали видны висящие у него за спиной, на манер персонажей древних компьютерных игр, ножны с изогнутым мечом. Устроитель игр проводил его взглядом, сплюнул, и повернулся ко второму.

- Этого я знаю! – шепнул Умар. - Это Мамонт, охотник. Промышляет добычей слонопотамов и всяких других доисторических тварей – в малой Чересполосице и на Крылатских холмах. Клык на холодец, как говорит дядя Сергей, это он баюна приволок! Говорят, скользкий тип - его подозревали в одной тёмной истории, да только доказательств не нашлось…

Тот, кого сильван назвал «Мамонтом», был средних лет мужчина в широкополой, на ковбойский манер, кожаной шляпе, кожаной же, куртке и высоких мягких сапогах, перетянутых под коленями ремешками. За спиной у охотника висел потёртый станковый рюкзак с притороченным к нему чехлом ружья.

Но сам охотник особого интереса итальянки не вызвал – в отличие от тощего, пёстро одетого парня, дожидавшегося окончания переговоров в сторонке. Она сощурилась, присматриваясь, вздрогнула - и осторожно потянула спутника за рукав.

- Слушай, ты когда-нибудь видел парня, которого мы тут ищем? Сам, своими глазами?

- Нет, ни разу. – отозвался недоумённо сильван. – Я же тут впервые, как и ты. Бич… дядя Сергей даже толком его не описал. Говорил: «как увидишь – сразу узнаешь, не ошибёшься».

- Ну, тогда смотри. – она ткнула пальцем в тощего. – Это он самый и есть. Я его на Манхэттене встречала. Имени, правда, не помню, но это точно он. Клык на холодец – так, ты, кажется, говорил?

Парень словно услышал её. Он поднял голову, встретился с итальянкой глазами – и расплылся в широченной улыбке.

-Буон джорно, синьорина Франа! Коза кэ ди нуово?[1]

Он что, знает итальянский? – спросил сильван, оглядываясь. – Вроде, не похож на вашего соотечественника. По физиономии – так чистой воды англосакс. А если по одежде судить, так и вовсе

- Testa di turco[2], так? Усмехнулась девушка. «Городской сумасшедший», как говорят в России?

- В России, может, и говорят… - буркнул Умар, - а вот у нас, в Лесу нет. И вообще – какая разница, как он одет? Ну, нравится человеку всё пёстрое…

Сильван кривил душой – внешность нового знакомого откровенно его раздражала. Правда, относилось это, по большей части, к его наряду, поскольку сам облик Пиндоса – тощий, сутулый с костистой узкой физиономией и соломенными волосами до плеч и неизменной детской улыбкой- мог вызвать, в худшем случае, снисходительную усмешку.