Хрупкое сердце

Она приблизилась ко мне и поздоровалась первой.

– Здравствуй, Алиса. Надо же, какая ты интересная, – удивилась, и мне показалось, что искренне. – И действительно похожа на своего брата Романа. Кстати, он очень симпатичный парень.

– Спасибо. А вы…

– А я – Ольга Станиславовна. Мама Руслана Марджанова, – представилась женщина хорошо поставленным голосом и протянула руку. Я неуверенно ответила на рукопожатие. – Твой брат дружит с моим сыном и часто бывает у нас дома.

– Да, я знаю. То есть… здравствуйте, Ольга Станиславовна.

Я замерла, ощутив, как у меня едва не подкосились колени. Вот это встреча! Зачем она меня нашла?

И вдруг сама испугалась внезапной догадки.

– С Русланом всё хорошо? Скажите, он в порядке?

Незнакомка продолжала рассматривать меня, но успокоила:

– Да, с моим сыном все хорошо, не считая синяков на лице и проявлений избалованного характера. Но про синяки ты наверняка и сама знаешь?

Конечно, я знала. До сих пор после того случая у подъезда мы с Ромкой не помирились и общались натянуто. Но что ответить женщине, я не нашлась, только почувствовала, как сердце в груди сильно сжалось, отказываясь биться… и отпустило.

Она сама ответила, неправильно расценив мой испуг и молчание.

– Не беспокойся. Руслан не рассказал нам с мужем, где их получил. Но зато заявил кое-что другое, на что мы не смогли не отреагировать, именно поэтому я здесь. Твои сокурсники очень точно тебя описали. Скажи, Алиса, – посерьезнела женщина, взявшись двумя руками за ручки своей дорогой сумочки и натянув спину, – ты беременна от моего сына?

Что?

Я ощутила, что бледнею. Хотя куда уж сильнее? Наверняка одни глаза на лице и видно.

– Я? Н-нет. Почему вы меня спрашиваете?

– Потому что наш сын, которому восемнадцать лет, вдруг заявил, что собирается жениться. На тебе, Алиса Снежная. А когда услышал, что мы против… А мы с мужем против… Отказывается с нами разговаривать. Скажи, девочка, это была твоя идея? – женщина задержала на мне внимательный взгляд светло-карих глаз и подняла бровь. Не рассерженный взгляд, но укоряющий. – Извини, но я не верю, чтобы мой сын сам до такого додумался.

Я тоже не могла в это поверить. В то, что Руслан всерьез решиться сообщить о подобном родителям.

– Нет, не моя.

Но Ольга Станиславовна, кажется, мне не поверила. Однако кивнула, будто принимает мои слова к сведению.

– Значит, ты не беременна и не склоняла к браку моего сына. Все верно?

Вопрос звучит некрасиво и как-то странно.

Я никогда не видела родителей Руслана, но знала от Ромки, что мама у него судья. А сейчас на себе чувствую ее давление. Как будто она решила подвести меня к какому-то признанию или обвинению, нужному ей.

Однако я взрослый человек – с тех пор, как стала сама зарабатывать, так и повзрослела. А ее сын – совершеннолетний парень.