Хрупкое сердце

– Ты сам-то хоть ел?

– Смеешься надо мной, Снежная?

– Немного, – признаюсь. – Дай угадаю – банан на кухне был твоим.

Руслан проводит ладонью по лицу и улыбается. Открывает один глаз, затем второй, встречаясь со мной взглядом.

– И остатки каши. Алиска, я скучал.

– Вижу. Я тоже.

– Знаешь, что я решил, пока засыпал?

– Что?

– Профессор разрешил тебе перелёты. Думаю, мы не будем ждать лета. Давай купим путевку на Карибы уже сейчас? Я должен тебе свадебное путешествие. Представляешь, две недели только мы одни!

– Давай.

– Постой, ты серьезно?! А как же дети?

Я вздыхаю и придвигаюсь к мужу. Наклонившись, целую его в губы.

– Уверена, что бабушки и дедушки с этой задачей справятся.

Руслан долго смотрит на меня. Потом садится на диване и, заметив в своей руке бутылочку сына, отставляет ее в сторону.

– Алиска, я не верю. Что изменилось? Тебя всего день не было.

– Всё, – признаюсь, глядя в любимые черничные глаза. – Абсолютно всё!

– Погоди, ты сегодня приехала на работу, увидела незнакомых мужчин, и поняла, что твой муж лучший?

– Да!

– Типа самый мужественный и надежный?

– Не только, – расплываюсь в улыбке. – Еще и самый красивый.

– Отлично! Ничего, что я с горшком не справился? Ведь это не считается?.. Я не виноват, что наш Тимур растет с характером. А еще мы разбили две чашки и испачкали штору…

– Руслан, я сегодня видела Рыбкина.

Марджанов моментально напрягается и меняется в лице.

– Где? Какого лешего?!.. Алиса, я больше никуда тебя не отпущу одну!

– Не волнуйся. Случайно, из окна такси. Он стоял с девушкой на перекрестке и не выглядел радостным. Он не видел меня, это я вдруг представила себя на месте незнакомки и испугалась, какой могла быть моя жизнь без тебя.

– Я всегда говорил, что Рыбкин кретин! Я, конечно, тоже не лучше…

– Нет, не говори так, – я касаюсь его щеки пальцами. – Ты лучше! И дело вовсе не в нём, а в том, что день только начался, а мне уже захотелось вернуться домой. К тебе. Я вдруг поняла, как хорошо, что у меня есть вы. Я так люблю тебя, Руслан.

Темная бровь поднимается, а в глазах загорается догадка.

– Марджанова, правильно ли я понял твое настроение?

Я встаю и беру его за руку – парня, который всегда знал, что станет моим мужем. Отступаю к двери, приглашая за собой.

– Определенно. Дети спят, я вернулась и очень по тебе соскучилась.

– Снег, ты потрясающе выглядишь, а пахнешь еще лучше. Но что, если дети проснуться? Думаешь, мы успеем?

– Тс-с! У нас теперь есть своя личная гардеробная! Так поможешь раздеться?

Конец.

Примечания

1

Об этой группе можно прочитать в романе «На изломе алого»"