Хрупкое сердце

И три – смотреть за Алисой в оба!

– Да, я понял! А… а это не опасно?

– А раньше ты чем думал?

Руслан проводит рукой по темным волосам и виновато опускает плечи:

– Хотел бы я сказать, что тем местом, у которого нет головы, но это не так.

Профессор Шибуев делает вид, что не слышит ответ Марджанова, и ставит подпись под врачебным документом."

"– Держи, шутник! – протягивает выписку, и Марджанов берет ее. А профессор продолжает: – Сколько лет живу, не перестаю удивляться человеческой природе – вот для кого жизнь первостепенна. Я тебе так скажу, Руслан: чем сложнее условия, тем крепче плоды. Но витамины не помешают. Разного толка! Хорошее питание и свежий воздух!.. И через две недели ко мне! Вместе!.. Давай, выздоравливай, девочка. Все у вас получится!

Вот такой примерно разговор вышел у нас в кабинете профессора, и пока мы с Русланом едем домой, мы не можем его продолжить. Разговариваем с Анечкой, говорим друг с другом о чем угодно, но не о том, что сегодня изумило обоих.

Потому что во мне невольно проснулся страх за дочку и память о боли.

А Руслан испугался за меня.

Я это знаю и понимаю, что должна первая справиться. Из нас двоих первой его успокоить, как бы удивительно это ни казалось.

Мы поднимаемся в квартиру, и Марджанову приходится еще раз спуститься, чтобы принести все сумки. Он возвращается быстро, и всё равно хмурится, увидев, что я разделась и успела повесить наши с Анютой вещи в шкаф.

– Перестань, Руслан. Ты не сможешь меня всегда опекать. Это мелочи.

– Смогу, – он упрямо возражает. – Очень даже!

– Зачем? Мы ведь решили, что я теперь здорова, а значит самостоятельна. А что ты скажешь, когда я выйду на работу? Конечно, не сейчас, но когда-нибудь…

– Алиска, не буди зверя. Вот «когда-нибудь» и поговорим! – неожиданно сердито отвечает, заставив меня удивленно на него посмотреть.

Я уже успела узнать Руслана разным. И улыбчивым с дочкой, и беспокойным со мной, и по-холодному собранным с другими людьми. За последние две недели мы были вместе больше, чем за всю жизнь, так почему же он нервничает?

– А ты опасен, Марджанов? – я бросаю ему вызов взглядом, и он тут же сдается.

– Не для тебя, Снег.

Я сама подступаю к нему и привстаю на носочки, чтобы поцеловать в губы. Они у него упрямые, но податливые, и легко отвечают на поцелуй.

– Вот и не рычи. Лучше дай порадоваться, что мы дома. До сих пор не верю, что я вернулась!

Дома спокойно, и можно наконец-то остаться втроем. Анюта что-то щебечет, бежит вместе с нами на кухню и помогает папе накрыть на стол и разобрать гостинцы, пока я достаю чашки и набираю воды в чайник.

Включая последний, возвращаюсь мыслями к своим вещам и своему дому, по которому успела соскучиться. Впитываю в себя домашнюю обстановку, которая дарит мне новое понимание, что теперь со мной Руслан.