Хрупкое сердце

Направляясь к другой части парковки, с тихим удивлением наблюдаю, как запросто дочка бежит к машине Марджанова, легко заметив ее среди других.

Последнее время они с Русланом много времени проводили вместе, он забирал ее из детского сада, привозил в больницу и отвозил к моим родителям, у которых Анюта ночевала, поэтому дочка дождаться не могла, когда же меня выпишут, и мы вернемся домой. А когда дождалась, идет вприпрыжку, торопясь мне обо всем рассказать:

– … мам, я нарисовала панду, а Маргоша подумала, что это кот, и обиделась на меня.

– Почему? – спрашиваю, пока Анечка перепрыгивает подмерзшую лужицу. – Вы ведь дружили.

– Потому что ей дедушка подарил хомячка Симку. Мам, он такой смешной и носиком вот так делал! Маргоша принесла его в садик показать, а Назар и Костик его выпустили из клетки, и Симка убежал. Мы его искали-искали, а потом дедушка Маргоши сказал, что хомячка съел кот. Но я рисовала Тео! Мам, а коты-невидимки бывают? Потому что у нас в садике нет кота.

– Я про таких не слышала.

– Пап, а мы покажем маме мое новое кресло?

– Конечно, Снежинка.

– А мама поедет со мной сзади?

– Нет, Анюта. Мама поедет спереди. Ей там будет удобнее, а сзади может укачать.

– Руслан, не выдумывай. Я отлично себя чувствую.

– Алиса, не спорь.

– Руслан?.. Алиса?

Мы подошли и остановились у автомобиля, и в стороне хлопают двери другой машины. Из нее выходит пара, мужчина и женщина средних лет и, негромко окликнув нас, подходят ближе.

Догадаться нетрудно, кого я вижу перед собой. Это родители Марджанова. Его мама по-прежнему элегантная женщина с короткой стрижкой, а вот представительного отца я вижу впервые. И тем не менее легко понимаю, от кого Руслану достались черничные глаза и самоуверенность.

Я знаю, что они хотели увидеться со мной раньше, но Марджанов был против. По-видимому, до сегодняшнего дня.

Однако я ошибаюсь, и Руслан негромко бросает:

– Прости, Снег, я их не звал. Просто сказал, что сегодня заберу тебя.

– Всё нормально, не переживай.

Они подходят ближе и здороваются. Мама Марджанова неловко поправляет воротник дорогой шубки у горла, и признается:

– Похолодало сегодня. Что-то я замерзла, Ренат.

– Ты просто волнуешься, Оля, – похлопывает ее муж по плечу, и сам низко кашлянув. – Давай лучше ближе к делу.

– Алиса, ты наверное помнишь меня? – обращается ко мне женщина, попытавшись улыбнуться. – Наверняка, помнишь. Мы очень рады, что ты поправилась и чувствуешь себя значительно лучше. Руслан рассказал нам про операцию. Мы с мужем знаем, что ты перенесла…

– Мама, не нужно, – сухо замечает Руслан, но я успокаивающе обхватываю его ладонь своей и сжимаю пальцами.

– Спасибо, Ольга Станиславовна. Конечно, я помню вас. Трудно забыть наш разговор, хотя он и был коротким.