Хронос и Деймос (СИ)

Глупость какая… От мысли о том, что Деймос спал рядом, тогда, после спасения от оборотня, может, даже касался его, невзначай, без всякого желания конечно, внутри Северуса будто что-то переворачивалось. До одури хотелось, чтобы это так и было, но шансы на это стремились к нулю с ужасающей скоростью.

«Идиот. Какой же я все-таки идиот. Мерлин, что делать? Сбежать? Но как? Я не трус. Я. НЕ. ТРУС. Но как же стыдно»

Сделав несколько глубоких вздохов, он поднялся и, накинув халат, направился в ванную, справедливо рассудив, что любые удары судьбы лучше принимать, предварительно освежившись.

***

В гостиной вышедший из душа Северус застал совершенно дикую картину: Деймос висел головой вниз, зацепившись ступнями ног, забранными в специальные металлические щитки, за толстую перекладину, похожую на маггловский турник, и методично, размеренно складывался пополам, напрягая мышцы пресса, и так же медленно разгибался. Красивое тренированное тело блестело от пота, прикрытое лишь короткими шортами, и Северус невольно открыл рот: такого он еще не видел, маги редко озабочивались своей физической формой.

- Что ты делаешь?

- Похмеляюсь, фффуухххх, - медленно выдохнул Деймос, снова утыкаясь носом в собственные колени. – Скоро фффуухххх будем обедать фффуухххх.

Потом он ухватился за перекладину руками, высвободил крепления, фиксировавшие его ступни, и принялся подтягиваться, то поднимая над турником подбородок, то касаясь его плечами.

- Закажи. Обед.

Северус не стал спорить. Гостиница была маггловской, а потому он направился к телефону.

- Какой у нас номер? – спросил он через несколько минут.

- На. Ключах. Глянь, - посоветовал Гарри, продолжая подтягиваться, не оставляя похмелью ни единого шанса. – Мне. Жаркое. Салат. И много. Кофе.

Северус продиктовал заказ и залез на диван с ногами, с удовольствием и какой-то затаенной гордостью наблюдая за импровизированной тренировкой. Вскоре Деймос ушел в душ, а Северус, приняв принесенный завтрак и расставив его на столе, собирался с мыслями и подбирал слова для извинений.

Когда Блэк вышел, завернутый в пушистый темно-зеленый халат, распахнутый на влажной груди, с бегущими по волосам каплями, переливающимися на солнце, босой, лениво-расслабленный, и уселся за стол, молча развернув газету и придвинув к себе тарелку, Северус понял, что не сможет выдавить из себя ни слова.

Обычно не лезущий за словом в карман, он вдруг ощутил предательскую робость, собственную ничтожность и глупость, особенно явные на фоне великолепного Деймоса Блэка, даже в банном халате и с кругами под глазами казавшегося ожившим совершенством."

"Газета зашуршала, опускаясь, и темно-зеленые глаза с прищуром посмотрели на поникшего, будто придавленного ощущением собственной ничтожности Снейпа.