Хризантема с шипами

– Вы хотели меня видеть, миледи?

Вопрос, заданный низким голосом, заставил меня оглянуться.

– Да, хотела поручить вам найти садовника, – ответила экономке, внимательно ее рассматривая.

Что-то не давало мне покоя, цепляло взгляд, но что? Наглухо закрытое серое платье, невыразительное лицо, слегка волнистые русые волосы, собранные в простой низкий узел, белоснежное кружево воротничка – экономка выглядела закрытой и собранной. А еще она была довольно высокой, и сейчас это особенно бросалось в глаза.

– Я взяла на себя смелость пригласить трех претендентов, миледи. Они будут в замке с минуты на минуту, – невозмутимо ответила Люси Денч и чуть отодвинула манжету, кинув взгляд на часы. А я невольно отметила, какие крупные у нее руки. – Рекомендательные бумаги я уже просмотрела.

– Что ж, хорошо.

– Желаете сами отобрать садовника, или этим займусь я?

Выражение строгого лица не изменилось. Только в глазах на миг мелькнула настороженность.

– Давайте сделаем это вместе.

Я внимательно посмотрела на Люси, пытаясь понять, что значили слова Редклифа. «Что ж, если тебя все устраивает…» Мне показалось, муж говорил совсем не о профессиональных качествах Денч. Выглядела экономка деловитой и уверенной в себе – ни одного лишнего жеста, ни одного лишнего слова. Просто находка. Так что же с ней не так?

– Как скажете, миледи. Думаю, соискатели уже в холле, – снова посмотрев на часы, заявила Люси.

– Что ж, не будем заставлять их ждать.

Мы спустились вниз, где действительно переминались с ноги на ногу трое мужчин. Двое были молодыми и довольно симпатичными, а третий выглядел уставшим и потрепанным жизнью, как старый дуб. Обветренное морщинистое лицо, длинные темные волосы с густой проседью, натруженные руки и неожиданный взгляд, скрывающий под напускной простотой острый ум и наблюдательность.

– Светлого дня, ваше сиятельство, – увидев меня, поклонились мужчины.

Я кивнула им и предложила:

– Представьтесь, кто вы и откуда."

"– Джеймс Кантон, миледи, – поклонившись, сказал один из молодых, рыжеватый мужчина с крупным носом.

– Джон Таркин, миледи, – заявил светловолосый. – Готов работать у вашего сиятельства.

Ну надо же, какой скорый. Я посмотрела на третьего, но тот молчал, не собираясь называть свое имя. Казалось, он еще не решил, хочет ли остаться в Горленде или нет, и пока присматривался и ко мне, и к дому, и к своим соперникам. И было в его недоверчивом взгляде что-то, что заставило меня отступить.

– Давайте выйдем в сад, я хотела бы послушать, что вы о нем скажете, – предложила соискателям.