Тень моей хозяйки

А я отнесла его на кладбище.

Он с ненавистью смотрел мне в лицо, не находя слов. А я не могла ненавидеть его в ответ, никак не получалось: мне было жаль его. Спустя пару мгновений слова для меня всё-таки нашлись. Думаю, он жалел, что не испепелил меня."

"— Ты должна была сказать об этом мне! — страшным шёпотом проговорил Мартейн.

— Я не знала, что было в том письме.

— Неважно. — Он покачал головой. — Ты будешь наказана.

«Так мне и надо», — злобно подумала я про себя. Вместо того, чтобы спокойно натирать полы, таскать подносы и стирать, я постоянно вмешиваюсь в господские дела. Вообразила, будто благосклонность хозяйки позволяет мне подслушивать разговоры или давать непрошеные советы! Размечталась об обучении стихийной магии!

На зов советника пришли несколько вооружённых людей из охраны поместья.

— Посадите эту девчонку на цепь в подвале. Я потом решу, что с ней делать, — распорядился Мартейн.

Охранники удивлённо переглянулись, но делать было нечего, приказ есть приказ. Двое схватили меня под руки и повели к выходу. Оставшимся советник дал другие указания.

— Если заявится некромант Ниалл, не дайте ему пройти в ворота. Пусть убирается к своим мертвякам на кладбище! И привезите сюда лекарей. Всех, кого найдёте на соседних островах. Пообещайте им любые деньги и сокровища.

Больше я ничего не успела расслышать. Меня толкнули в спину и поволокли к лестнице, ведущей в подвал.

32

— Не знаю, что ты натворила, — ворчливо сказал невысокий широкоплечий воин с мечом на поясе, — но давно господин Фоули так не гневался ни на кого. Кроме врагов из Магистрата, разумеется. А ты всего лишь девчонка, к тому же невольница. Чем ты сумела насолить хозяевам?

Я не ответила. Охранник привёл меня в подвальную комнату, где на первый взгляд не было ничего, кроме длинной тяжёлой цепи, вмурованной в стену. Цепь оканчивалась кольцом, но для шеи оно было маловато, а для запястья — великовато. В конце концов провожатый застегнул крепление на моей щиколотке и махнул рукой. Было понятно, что я и без этого никуда не денусь.

— Не скажешь? — снова обратился он ко мне.

— Это чужая тайна. — Я пожала плечами и принялась осматриваться.

В узкие горизонтальные окошки под самым потолком проникал тусклый свет осеннего дня. Ветер приклеил к зеленоватым стёклам несколько опавших листьев. Я заметила в углу подоконника толстую свечку, покрытую пылью и паутиной, и решила, что зажгу её ночью, если мне станет страшно.

— Как знаешь, — буркнул охранник. — Надеюсь, хозяин остынет к утру и всё-таки сохранит тебе жизнь.

Дверь глухо захлопнулась, и я осталась совсем одна в таинственной неподвижной тишине. Несколько мгновений я не решалась даже сдвинуться с места, чтобы не греметь цепью. Страха не было, не было больше и слёз.