Хозяйка волшебной почты, или Сами с усами

На губах моих появилась блаженная улыбка.

– Ну вот, – сказала я довольно, – а то конец, конец! Никаких концов. Мы будем действовать. Собирайся и шуруй в газету.

– Шуруй? – мое сегодняшнее красноречие окончательно добило моего же мужа. – А-а-а, иди, ты хотела сказать.

– Догадливый, – протянула я язвительно. – И не уходи оттуда, пока не вытрясешь из них эти чертовы письма.

Глава 45.2

Какая к черту работа? Да у меня внутри все буквально кипело! Если бы сейчас мне в руки попала эта гадина Арлет, я бы сама открутила ей смазливую башку и все прочие выступающие части.

Это же надо! Одна маленькая дрянь стольким хорошим людям испоганила жизнь. Стольких перессорила. Стольким подгадила. Рыжая хищница. А как я жалела ее вначале. Как злилась на Ричарда. Считала его подлецом.

Тьфу, даже вспоминать стыдно.

На почтовый ящик я решительно налепила королевскую блямбу. Нет меня! Ни для кого нет. Не до посылок сейчас. Подождут, не помрут. У меня тут жизнь рушится. Я занята.

Оставшиеся два часа, пока Ричарда не было, я чуть не сгрызла все ногти до локтей.

Сначала металась из угла в угол, воображая всякие ужасы. Нет, в способностях Ричарда я не сомневалась. Что-что, а забрать письма он точно сумеет. Вот только что в них написано? Кто знает эту дурищу, что она там накропала?

Всего одного упоминания настоящего имени мерзкого «пупсика» было вполне достаточно, чтобы погубить нас с Ричардом.

На нервах я вдарила кулаком по дверному косяку, затрясла рукой, взвыла приглушенно, подула на пальцы. Черт! Черт-черт. Возьми себя в руки, Арина. Тебе еще мужа вытаскивать из этой жжжж...

Нет, надо было вместе идти. Кто знает, что придет в голову Ричарду, если в письмах окажется компромат? Он гордый. Он благородный. А это не лучшие качества в сложившихся условиях. Из такого дерьма легко выныривают только подлецы и мерзавцы. Благородные рыцари в дерьме гордо тонут.

Я очередной раз тихо выругалась и перешла из особняка в свой домик. Мне срочно нужно на балкон. Посижу, полюбуюсь гномьими горами. Чуть успокоюсь. Только сначала сварю себе какао. При стрессе горячий шоколад – лучшее лекарство. Просто кладезь эндорфинов.

Добралась до кухни, плюхнула на огонь кастрюльку.

– Аррлет, не волнуйся, – ласково боднул меня под коленку Бегемот. – Это вредно для ребеночка.

– Бегемотик! Ты уже вернулся?

Я внезапно растрогалась, подхватила кота в охапку, вжалась лицом в шелковистую шкурку. Кайф! Точно, на балкон возьму какао, кота, пироженку и книгу. Еще бы клубнику, но она уже отошла.

Бегемот вяло дрыгнул лапками, придушенно муркнул:

– Да что там возвращаться? Одна лапа здесь, другая там. Хочешь, расскажу, какую смешную посылку я относил?

Я расстроено махнула рукой и села.

Как же тревожно. Как мерзко на душе.