Хозяйка графских развалин

На его губах даже лёгкая улыбка появляется, только вот в глазах непонятная мне горечь. Он чувствует себя бессильным?

У графа сегодня тяжёлая первая половина дня. Надеюсь, вторая будет веселее, и мы развеемся.

Медведь прожигает меня взглядом, однако вслух ничего не говорит, и я отвечаю улыбкой, наивно хлопаю ресничками, и Медведь отворачивается. Я же краем глаза слежу за рыжухой, которая следует за нами на небольшом расстоянии. Зуб даю, она думает, как оставить меня дома.

Мы спускаемся на первый этаж, пересекаем холл. В своих предположениях я оказалась права — снаружи уже ждёт экипаж. Приземистый серый в светлых пятнах конёк нетерпеливо переступает с ноги на ногу.

Кучер распахивает дверцу и угодливо переламывается в поклоне:

— Граф Оттонский, господин Пегкер, — приветствует он.

Я наконец-то слышу полный титул мужа. Уже ради этого стоило пойти. Ладно-ладно, я могла просто спросить у Гарета, но мне почему-то не приходило в голову поинтересоваться фамилией. Только “Оттонский” ведь не фамилия? Из того, что мне удаётся вспомнить, титул даётся по названию земель.

Надо разобраться. Когда-нибудь. Потому что в приоритете приданое.

Раз Медведь готов показать содержимое загруженных на корабль сундуков — он же готов? — значит, с ними всё в порядке, там действительно вещи и золото. Проблема в том, что я не представляю сколько именно там золота. Килограмм? Десять килограммов? Центнер?

— Хм? — Гарет прожигает кучера взглядом, и Медведь, сунувшись было вперёд, отступает.

Кучер теряется. Ему требуется несколько секунд, чтобы сообразить, в чём проблема, и исправиться:

— Графиня Оттонская, конечно! Простите, графиня. Я по привычке…

— Следующий раз будь внимательнее, — улыбаюсь я.

Гарет подаёт мне руку, помогая забраться внутрь и сесть лицом по ходу движения. Сам садится справа от меня, и Медведю остаётся сиденье лицом против хода движения. Довольным он не выглядит, а вот надутым от важности — да.

Не удивлюсь, если мы как бы случайно с кем-нибудь встретимся, надо же Медведю похвастаться новым родством. Такую встречу можно использовать…

Я прилипаю к окну с откровенным любопытством.

Мне так интересно! Я ведь совершенно не представляю какая она, столица империи.

Пока что мы едем через жилой квартал. Двухэтажные и очень редко трёхэтажные дома окружены садами, отчего улица кажется скрытой безразмерным густо-зелёным пологом. На глаза попадается фонтан — струя воды бьёт в небо из открытой пасти вставшей на хвост рыбы. Экипаж выворачивает на проспект, и жилые дома сменяются магазинами и конторами, всюду вывески, витрины, афиши.

Я высматриваю, где можно приобрести одежду, продовольствие.