Хозяйка графских развалин

С одной стороны, острую досаду. С другой — восхищение. Такие как, как Гарет, редкость. Я хорошо понимаю, что будучи человеком слова, Гарету очень трудно видеть в других подлецов, но…

А мне почему-то легко…

Видимо, я девочка с червоточинкой.

Сейчас вмешивать точно не следует. Я только уверю Медведя в том, что играю против него, а Гарету ничем не помогу, скорее подставлю, если он впротивовес мне повторно подтвердит обещание.

И что делать? А ничего. Наблюдать и выжидать удобного момента.

Голословные подозрения на Гарета не действуют. Как я обвиню Медведя в обмане, если я не могу объяснить, в чём обман. В том, что стелет слишком сладко? Это не аргумент.

— Рано благодарить, — благодушно басит Медведь. — Я был уверен, что вы согласитесь обновить условия, дорогой зять, поэтому взял на себя смелость подготовиться. Прямо сейчас на корабль заносят последние сундуки. Предлагаю не откладывать и отправляться в порт.

Медведь упирает широченные ладони в столешницу и тяжело поднимается. Я про себя отмечаю, что Медведь мало того, что торопит, так ещё и не даёт Гарету отказаться. То есть отказаться можно, но Медведь обрушит на Гарета гору упрёков в чёрной неблагодарности.

Молчу…

Бросив на меня подозрительно-недовольный взгляд, Медведь протягивает руку Гарету, приглашая к рукопожатию, и муж отвечает.

В этот раз мужчины не занимаются костоломством, делают лишь два или три взмаха, Медведь пытается надавить так, чтобы в процессе рукопожатия его ладонь оказалась сверху. Гарет не уступает, но и верх не одерживает. То ли не получилось, то ли не пытался. Когда мужчины расцепляют руки, обе ладони одинаково повёрнуты к полу ребром. Хоть что-то.

Наблюдая за ними, я невольно упускаю момент, когда рыжуха гибкой змейкой огибает стол и оказывается за моей спиной. Ощутив её объятия, я невольно вздрагиваю. Её приторно-сладкая улыбка отвратительна. Я делаю шаг в сторону. Вроде бы я поворачиваюсь к рыжухе лицом, но на самом деле я просто выкручиваюсь из её объятий.

— Даниэлла, — улыбается она, — а мы с тобой посекретничаем по-женски. Я так беспокоюсь за тебя.

— Но я тоже хочу в порт! Пожалуйста! — я догадываюсь, что мой порыв верх неприличия, но будем считать, что среди своих, по-семейному, можно.

Я буквально повисаю у Гарета на шее, заглядываю в его голубые как небо глаза снизу вверх. Я представляю себя милой котейкой, раз уж у меня пошла “животная” тема в ассоциациях. Я стараюсь смотреть просяще и выглядеть милой-милой, чтобы от заряда милоты Гарет простоне могу устоять.

— Ты что несёшь?! Порт не место для приличной девушки, тем более для леди! Что подумают, если увидят тебя? Как ты можешь ставить под угрозу репутацию его сиятельства?

Было бы, чему угрожать.

Гарет в опале, от него отвернулись все.