Хозяйка графских развалин

— Можно взглянуть поближе?

Кого там Бетти высмотрела?

Я понимаю, что мы тратим время, что Бетти из-за её поспешности в любой момент может стать плохо. Вдруг пока новобретённый фамильяр берёт по капле и только то, что Бетти отдаёт без вреда для себя, а через минуту начнёт высушивать?

Торговец улыбается и снимает со стеллажа клетку с парой белоснежных хорьков.

Я смотрю на них и понимаю, что мы их берём. Совершенно не обязательно, что хорьков получат Гэбби и Мими. А вдруг умильные зверьки подойдут нам с Гаретом? Хорьками я их называю по внешнему сходству с знакомыми мне животными. Так бы и погладила…

Что?!

— Кто-то балуется дурманящими чарами? — холодно спрашиваю я и резко отпускаю руку.

— Госпожа, вы о чём? — заискивающе лебезит торговец, но глаза у него начинают бегать, и улыбка натянутая до ушей.

— Я о наведённом желании сунуть руку в клетку. Гарет, пригласи, пожалуйста, стражу.

Торговец меняется в лице, кожа приобретает зеленоватый оттенок в самом буквальном смысле и выдаёт, что торговец явно нечеловеческих кровей. Какой он расы мне без разницы, а вот его нечистоплотность в делах…"

"— Госпожа! Господин! — машет он руками, и между пальцами мне мерещатся то появляющиеся, то исчезающие перепонки. — Зачем же сразу беспокоить стражу? Никакого дурмана, клянусь. Толика гламура, да и то самую малость распылил. Признаю, каюсь. И отдам всех трёх фамильяров всего за двенадцать золотых. Только не надо стражу…

— За сколько? — демонстративно кривлюсь я. — Да чтобы я не приглашала стражу, вы, любезнейший, в нагрузку к трём фамильярам должны ещё сотку золотых отсыпать!

— Сотку?! Уж больно круто ломите, госпожа. Ежели я сотку вам отдам, прямой мне путь в долговую тюрьму. А фамильяров кто будет кормить? Так и просидят в этих тесных клетушках, несчастные, пока не помогут с голоду. Всех троих только ради вас, госпожа, отдам за десять.

— Фамильяры не умирают, — возражает Гарет.

— Развоплотятся, — угодливо поправляется торговец. — Девять золотых, меньше никак.

Гарет медлит.

Я не ориентируюсь в ценах, поэтому не знаю, сколько такие фамильяры должны стоить. И правильно ли я поступаю, что торгуюсь, а не зову стражей, как грозилась. Гламур, судя по его эффекту, точно не то средство, которым можно разбрасываться как освежителем воздуха.

Уж лучше показать всех трёх фамильяров целителям — важнее всего убедиться, что здоровью Бетти ничего не угрожает.

— Хм…

— Девять золотых, — упирается торговец, — и я, кроме фамильяров, отдаю не только их клетки, но и запас корма на десять дней.

— Фью-тью-фью, — впервые высказываются хорьки.

Они что, пытаются кокетничать и строить мне глазки?! Эффект гламура я вроде бы стряхнула, но хорьки по-прежнему кажутся милахами, так бы и затискала.