Хозяин

Но мужчина лежал рядом, живой, здоровый, дышал ровно, а я готова была плакать от счастья, трогая его лицо.

Если меня спросят, готова ли я вновь пройти этот путь, отвечу «да». Но я хочу быть с ним, что бы он ни совершил в прошлом, как бы ни грешил, я отмолю его грешную душу.

Потом были почти двое суток ожидания, поездка в аэропорт и солнечная Барселона в первых числах наступившего Нового, надеюсь, что счастливого для нас года.

Нас встретил высокий молодой мужчина по имени Артем, тонкая оправа очков придавала ему солидности, светлые волосы, хитрый взгляд. Отдал ключи от машины, папку с документами, а когда увидел мой живот, стал рассказывать о троих детях, что это кромешный ад, но невероятное счастье.

За два месяца я познакомилась с его «адом» и «счастьем», а также с женой Кристиной, с Варей, Ваней и малышом Богданом. Но самое удивительное, что мужей у красивой голубоглазой блондинки было двое, помимо Артема еще здоровяк Игорь. Удивительная, странная и красивая семья. (герои романа «Двойная взлетая 1,2»).

Если бы не новая знакомая, я бы не знала, в какую обратиться женскую консультацию, у кого наблюдаться и где купить малышу все необходимое. Новые документы и новое имя не пригодились, Мурат сказал, что все скоро будет улажено, что мы можем наслаждаться жизнью.

– Так что тревожит мою девочку?

– Странно все, словно сон. Я жила в кошмаре, а сейчас проснулась, и все хорошо. Не верю, как с мамой, ее не стало слишком внезапно.

– Да, есть такое. Но я прошу тебя, не волнуйся.

Мужчина гладит живот, малыш должен появиться через месяц, я похожа на огромный шар. Быстро устаю, не могу зашнуровать кроссовки, Мурат помогает.

– Что с Вартаном?

– Решил немного побыть на родине, но к рождению Камиля приедет.

– Камиль?

– Да.

– Красиво.

– У него будут такие же зеленые глаза, как у тебя.

– Думаешь?

– Уверен.

Мурат целует в шею, слегка засасывая кожу, вздрагиваю от возбуждения, когда он поднимает край сорочки, легко снимает ее с меня, отбрасывает в сторону.

Я теперь практически обнаженная, широкие ладони накрывают грудь, она стала больше, чувствительнее. Откидываюсь назад, позволяя себя ласкать, сжимать соски, слышу, как Мурат тяжело дышит, а потом разворачивает меня в себе, смотрит в глаза, уже проводит по лицу пальцами.

– Я не умею красиво говорить, разучился. Но я так благодарен судьбе и тебе – за то, что спасла меня. Что ты есть, что ты со мной, любимая.

От этих слов хочется плакать, они проникают в душу.

– И я тебе благодарна.

– Нет, нет, милая, меня не за что благодарить, я чудовище, я ужасно поступил. Нет, ты достойна большего, а не такого, как я.

– Не говори так, Мурат, нет.

– Я знаю, что говорю. Ты мое счастье, моя любовь, моя душа и спасение. Ты и сын – я за вас все отдам, свою черную душу, все, что осталось.