Хозяин

– Он жив?

– Не говори ерунды, жив он, жив.

По после этих слов кажется, что он забыл, не придет, не найдет нас, и ему наплевать.

– И не думай так! Слышишь! Не думай!

Старик читает мои мысли, он один остался у меня, надеюсь, что с отцом все хорошо, и он в клинике или уже дома, но даже ему мне нельзя звонить.

– Что происходит на самом деле?

Мы уже за городом, солнце начинает садиться, вокруг белые поля снега и черные стволы берез, и широкие темно-зеленые сосны.

– Взрослые мужчины делят власть, которая даст денег. Все как всегда – из века в век ничего не меняется. Ты и ребенок рядом сделают только хуже, больные места никому не нужны.

Я понимаю, но от этого мне не легче.

Не могу знать, что у Хасанова на уме, мы мало разговаривали, у нас была не совсем хорошая первая встреча, да много чего было. Но я люблю его, этого сурового, огромного мужчину, старше меня практически вдвое. Люблю и готова ждать, а еще верить, что он приедет.

Малыш снова начал вертеться в животе, спина затекла, села удобнее.

– Как он?

– Хорошо, сказали, что большой мальчик.

Вартан улыбнулся, редко вижу его таким, сколько ни пыталась узнать о его жизни, не говорит.

– У меня тоже был сын, красавец, высокий, сильный. Жена чуть богу душу не отдала, когда рожала, но потом говорит, что и умереть была готова за него.

– Где он сейчас?

– Нет его и жены, вместе теперь у бога.

Прикусила губу, стало так больно, все мы кого-то теряем, а потом живем, и каждый день подобен пытке. По моим щекам катились слезы, а Вартан улыбался, поражаюсь его силе.

– Не плачь, дочка, не плачь, им там лучше, чем мне здесь. Но я обещаю, что вашего сына еще подержу на руках.

– Все хочу спросить.

– Спроси.

– Помнишь розы, те, что росли вокруг дома? Кто-то положил мне ее на кровать?

– Я, но хотел, чтоб ты подумала на Хасана,– Вартан хитро улыбнулся.

– Я не подумала, он бы так никогда не сделал.

– Сделает еще.

Приехали в наш новый дом, когда уже стемнело, Вартан принялся готовить ужин, я разбирала пакеты с продуктами. Все было как обычно, но когда легла спать, выключив свет, долго смотрела в потолок, яркая луна светила в окно, а я вспомнила, что показалось странным в том парне.

Татуировка на кисти.

Когда он подавал мне варежку, там была арабская вязь, я видела часть надписи. Вот что заставило меня напрячься и начать волноваться.

– Лиана, Лиана, вставай, уходить надо, торопись, – Вартан, не включая свет, вошел в комнату, начал кидать на кровать теплые вещи. – Давай, давай, девочка, быстрее.

– Что случилось? Мурат, он звонил?

Привыкла уже не задавать лишних вопросов, но сейчас мое сердце ухнуло вниз, тело обдало холодом, а потом жаром.

– Одевайся, пойдешь через соседний участок, через пролесок, он небольшой, выйдешь к трассе, там будут ждать.