Хозяин

Я стала взрослее хотя так и не скажешь, улыбнулась, но вышло не очень, малыш толкнулся, погладила живот.

– Все, зайка, все хорошо, я больше не буду. И с папой все хорошо, мы скоро будем вместе.

Одернула теплую широкую кофту, вышла из туалета, спустилась на первый этаж в холл, народу было немного, машинально осмотрела всех присутствующих.

Вартан так учил: где бы ни была – запоминать, кто рядом, не заговаривать с незнакомцами, быть осторожной. Надев пуховик, шапку, укутавшись в широкий шарф, вышла на крыльцо, обошла здание, на парковке у соседнего кинотеатра ждал Вартан на неприметной серой машине с грязными номерами.

– Девушка, девушка, постойте!

Напряглась, внутри все похолодело, по инерции прикрыла живот руками. Мужской голос, скрип снега за спиной, медленно оборачиваюсь.

– Вы варежку обронили.

Молодой человек в распахнутой синей куртке протягивает мне варежку, он улыбается, щурит глаза от яркого солнца, светлые волосы, молодой. А я словно вросла в тротуар.

– С вами все в порядке? Вам плохо? Вас проводить?

– Все хорошо, спасибо, не стоит.

Беру свою варежку, странное ощущение, нет, я не могла его видеть раньше, по большому счету и негде, но что-то ускользает, что-то важное.

– Спасибо.

Продолжаю путь к парковке, и не дойдя пары шагов до машины, оборачиваюсь, но молодого человека уже нет.

– Что случилось? – Вартан начал не с того вопроса, обычно после моего посещения женской консультации он интересуется малышом.

– Ничего, варежку чуть не потеряла.

– Можно ехать?

– Да."

"В салоне тепло, Вартан уверенно рулит, я думала, он только мясо тушить умеет, а в нем полно талантов. Незнакомый город не впечатлил, один из сотен, которые разбросаны по стране, с нечищенными дорогами, грязными обочинами, радовало лишь яркое солнце.

Пять месяцев мы живем в деревне, на окраине, до ближайшего города несколько десятков километров, до этого было две квартиры, конспирация и полное отсутствие контакта с внешним миром.

Вартан вывел меня, как и говорил Мурат, как он уехал с Равилем и охраной, после того как я играла ему в холле и плакала, прощаясь. Взяла только паспорт, который и не пригодился, потому что мне дали новый, с другим именем и судьбой. Лишь футболка, что была в тот день на мне, осталась, я сплю в ней.

– Он звонил?

– Ты слишком часто спрашиваешь об этом.

– Я скучаю.

– Все будет хорошо.

– Уже не верю.

Наши странные диалоги с Вартаном похожи на разговоры умалишенных, но я безбожно скучаю по Мурату, просыпаюсь в холодном поту от звука выстрела в его спину и не могу долго успокоиться.

– Зря.

– В тот раз, когда он звонил, ты даже не сказал мне.

– Так надо, ты знаешь.

Ничего не хочу знать, хочу ударить по панели кулаками, хочу кричать о том, что мне страшно, и самое страшное – это узнать, что его уже нет.