Хозяин моего сердца

Когда грозят две беды, сначала уворачиваешься от той, что ближе, и уж потом думаешь, что делать со второй. В конце концов, Тян всего лишь маленький человек. Как он мог не догадаться? Как мог не понять? Как мог допустить? Саорги никогда… НИКОГДА не покупали рабов. Не держали из, и, вообще, презирали рабство. Увидев, девушку и ребенка, у Тяна и мысли не возникло, кому предназначались эти рабы. Все рабы, появляющиеся в гостевых покоях, обычно являлись подарком императора, а слово саорга «позаботиться о них», он воспринял буквально — передать новому хозяину. Боги! Как он мог ошибиться и навлечь на себя такие беды? И девчонка хороша! Ни слова не сказала о настоящем положении дел. Хотя… Даже если бы сказала, разве поверил бы распорядитель покоев самого императора какой-то грязной рабыне?

Когда дощатый пол сменился земляным, запыхавшийся распорядитель поднялся и, пригнувшись, побежал вперед. За неприметными дверьми в помещении со спертым воздухом и тусклым мигающим светом ходили люди, от каждого из них исходила такая безысходность, обреченность и тоска, что злость саорга вновь начала подниматься. В его голове никак не укладывалось, как могли люди поступать так с себе подобными? И ради чего?

— Где распорядитель Ган? — запищал ликериец.

Несколько тощих рук указали направление, и Тян посеменил туда. Он вбежал в бельевую именно тогда, когда Тайрон больше не смог сдерживать свою силу. Саорг едва почувствовал, как движение частиц становится хаотичным, и стена, что преграждала ему путь, исчезла, рассыпалась в пыль. В нос ударил отвратительный запах. Он поморщился. Из-за странного тумана и тусклого света видимость в помещении была отвратительной. Тайрон чувствовал — девушка здесь!

— Денни! Диана! Где вы? — рыкнул он, сжав кулаки, пытаясь усмирить новый приступ злости.

— Тайрон! — закричал мальчик и, оттолкнувшись от опешившего толстого распорядителя, бросился к саоргу."

"Тайрон подхватил его и прижал к себе. Ребенок обнял мужчину за шею, его хрупкое тельце вздрагивало. Столько доверия было в этом порыве Денни, что внутри у саорга что-то дрогнуло, он гладил спутанные светлые волосы, и невероятная нежность затопила его, вытисняя злость.

— Ты больше не уйдешь? Не бросишь нас? — тихо шептал мальчик ему на ухо.

— Не уйду! Не брошу! — отвечал Тайрон на автомате, но осекся.

«Нас… Нас… Нас…» — набатом звучало в голове. Боги! Диана! Диана! Он поставил мальчика, еще раз внимательно осмотрел и хрипло спросил:

— Стоять сам сможешь? — ребенок кивнул, и тогда саорг поспешил туда, куда звала каждая клеточка его тела.

Диана лежала на грязном земляном полу, свернувшись калачиком. Прекрасные глаза были закрыты, а чудесные золотые локоны смешались с пылью и потеряли свое сияние.