Хождение под мухой

– Кто?

– Богдан Семенович Шевцов, – тихо пояснила Женя, – врач, он у нас главным был, его даже Маргарита побаивалась. Вот он и привозил в контейнерах столько, сколько надо. И ведь вот странность…

– Какая?

Женечка тяжело вздохнула.

– Прямо мистика. Кладут в корпус человека, делают анализы, а через день Богдан Семенович контейнер везет, прямо фокусник. И что еще более странно, именно эта почка и подходит, просто как на заказ. Где он их брал, понятия не имею, знаете, как трудно донорский орган подобрать? Иные люди в государственном центре по году ждут, и все никак. А тут бац и готово, есть чему удивляться… У нас, когда Шевцов погиб, несколько дней операций не проводили.

– Шевцов умер? – я решила прикинуться ничего не знающей. – Из-за чего? Сердце?

– В катастрофе погиб, – сообщила Женя, – вроде машина у него сгорела, я точно не знаю.

– Как же потом устроились?

– Другой стал приезжать. Егор Владимирович, – ответила Женя, – такой приятный, улыбчивый. Шевцов хмурый был, неприветливый. Пройдет мимо, даже не кивнет.

Я подавила тяжелый вздох. Да, выясняется, что я совсем не знала Богдана. Мне он всегда казался приятным, милым, любящим Надю до беспамятства, а теперь выясняется, что он неприветливый грубиян, даже не кивавший медсестрам при встрече.

– Вот Егор Владимирович другой, – продолжала Женя, – веселый, вечно анекдоты травил медицинские, ну знаете вроде таких: «Санитар, ты куда меня везешь? – В морг! – Но я еще не умер! – А мы еще и не приехали!»

Я вздрогнула. Хороша шуточка, ей-богу, у врачей специфическое чувство юмора, мне, например, подобная история не кажется веселой, скорей уж жуткой.

– Такой приятный, – продолжала Женя, – всегда конфетами угощал. Мне его очень жалко было…

– Почему?

– Он тоже умер, с балкона упал, случайно, говорила Маргарита Михайловна, вроде у него голова закружилась. Только…

– Что?

Женечка прижала к груди вконец искомканное полотенце и прошептала:

– Мне так страшно стало, когда Шевцов погиб, а когда Егор Владимирович умер, совсем жуть охватила. Последний сон потеряла. А потом еще эта история вчерашняя, такая странная…

– Еще кто-нибудь умер?

– Слава богу нет, убежал.

– Кто?

– Ну, положили в корпус добровольного донора, Сашу, молодого парня, стали обследование проводить, а он возьми да и сбеги.

– Откуда ты знаешь, что он убежал?

– Так Маргарита Михайловна прямо рвала и метала утром. Он, оказывается, вечером удрал, слава богу, не в мое дежурство, уже Ленка заступила.

– Скажи, ты же вроде только днем работаешь?

– Да.

– А Лена по ночам?

– Точно.

– Как же так вышло, что, когда я, прикинувшись немой идиоткой, пришла к вам, дежурила не Лена, а ты?

– Ничего особенного, – пожала плечами Женечка, – вот тут как раз ничего странного.