Незавидный холостяк

Кажется, лет двадцать никому не приходило в голову сделать на кухне генеральную уборку, и теперь было мучительно стыдно перед Кириллом за ту грязь, что там скопилась.

Он ушел в комнату, и я лишь успела услышать, как брякнули клавиши, когда пианино тоже покинуло свое обжитое место. Эх, не увидела еще раз, как мой красавец-муж напрягает бицепсы! Когда он в гримерке раздевался, мне не показалось, что он такой уж накачанный. Но, видимо, его сила прячется до подходящего момента?

Может, мне еще надо что-нибудь отодвинуть?

– Тебе еще надо что-нибудь отодвинуть? – Кирилл появился из комнаты в расстегнутой рубашке и вытирая пот со лба.

– Да! То есть, нет… – я запуталась в словах, пялясь на его открытую грудь. – Наверное. Шкаф? В маленькой комнате.

– Варвара… – вздохнул Кирилл, удаляясь в бабушкину спальню. – Не забудь встретить доставку! – крикнул он уже оттуда.

Какую доставку? А посмотреть?!

Но, увы, курьер оказался очень дисциплинированным работником и позвонил в дверь как раз в тот момент, когда я уже решилась прокрасться и посмотреть одним глазком, почему Кир так увлеченно матерится в борьбе со шкафом, и кто кого побеждает.

Пока я расшаркивалась и забирала ворох пакетов с суши, роллами и десертами, бой уже завершился, и мне осталось лишь лицезреть голую спину своего мужа, скрывающуюся в ванной. Пришлось распаковывать еду самой.

Выбирая между рестораном и готовкой, мы в итоге договорились до доставки на дом. Пилить куда-то, там вести себя прилично, а потом еще возвращаться домой – я на такой подвиг после работы не была готова. Но и у плиты стоять не хотелось. Особенно в разоренной кухне.

Кирилл вышел из ванной, благоухая моим ванильным гелем для душа, когда я уже разложила еду по тарелкам, вылила соевый соус в мисочку и убрала десерты в холодильник.

– Зачем ты так запариваешься? Поели бы из коробок, – хмыкнул он, медленно застегивая каждую пуговку своей рубашки. По одной. – Шкаф я выдвинул в большую комнату, он в маленькой перегородил все нахрен. Выбросишь может уже?

– Он красивый! – возмутилась я.

– Да? – Кирилл рухнул на табуретку и придвинул к себе тарелку с супом мисо. – Вот это лакированное коричневое чудовище? Интересные у тебя представления о красоте.

Я тоже села за стол, выбрала из всего разнообразия лапшу с креветками и, полив ее соусом, аккуратно перемешала. Не люблю, когда креветок слишком много сверху или снизу. Пусть встречаются равномерно.

– Как съемки? – спросила, выдержав вежливую паузу, чтобы Кирилл успел утолить первый голод.

– Тебе же неинтересно, – хмыкнул он.

– Ну… – я поковыряла лапшу, намотала ее на палочки и запихнула в рот. – Тебе же интересно. И ты мой друг.