Незавидный холостяк

Мало мне было одного долбоеба – тут второй из правого ряда решил ворваться на полосу передо мной! Я нащупала тормоз, но «бэха» сзади подперла совсем неприлично. Завидев просвет в соседней полосе, я хотела дернуться туда, но психанула – и крутнула руль слишком сильно. На мгновение запаниковала, попыталась вернуться, но в это мгновение почувствовала, что лапочку-«ламбу», до сих пор послушную мне как третья рука, вдруг странно повело, словно мы оказались в невесомости. Что-то было не так! Я выкрутила руль обратно, но вместо того, чтобы послушаться, она развернулась совсем круто и заскользила. Разом куда-то порскнули все машины на трассе, остались только я и предавшая вдруг «ламба», летевшая вперед, как будто по льду. Все, что я видела – как мелькают машины, столбы, отбойники. Все, что я могла – до отказа вдавить тормоз. И все – навстречу прыгнул столб, резко, будто кто-то поднес к глазам бинокль.

В последнюю секунду я бросила руль и закрыла руками голову, уже не увидев, что меня развернуло в последний раз, счастливый. Машину тряхнуло так, что показалось – из меня вытрясли все кости. В лицо выстрелила подушка безопасности, впечатывая в сиденье, еще пару раз дернуло – и наступила глухая ватная тишина.

Я умерла?

В шоке

Говорят, после взрывов глохнешь. Не по-настоящему – просто весь мир звучит настолько тише самого взрыва, что все вокруг кажется немым кино.

Вокруг меня взорвалась реальность.

И превратилась в немое кино.

Сдувшаяся подушка безопасности.

Осколки перед глазами, почему-то очень четкие, словно кто-то специально навел резкость.

Кусочек темно-синего неба и мчащиеся мимо машины.

Люди. Все больше людей.

Голоса как сквозь вату.

Я попыталась нащупать ручку дверцы, но пальцы все время промахивались, и постепенно начало казаться, что ее просто нет, что я навсегда заперта в этой желто-черной консервной банке.

Паника сдавила горло, придушивая до звездочек в глазах.

Но тут кто-то похлопал по крыше машины – и как будто включили звук в колонках.

– Эй! – услышала я. – Эй! Ты там живая? Выбраться можешь?

Я могу?

Я не могу. Кажется, у меня сломаны все кости. Все до единой, каждая из трехсот с чем-то или сколько их там?..

Но грохот по крыше стал громче, и я обернулась посмотреть, кто меня зовет.

Обернулась и застыла, забыв дышать.

Зада машины просто больше не существовало. На его месте была какая-то мешанина из желто-черно-серого железа и бетона.

Меня накрыло запоздалым ужасом.

Затрясло как в лихорадке.

Сразу почему-то нашлась ручка на двери, я дернула ее и выползла, цепляясь пальцами за все, что попадалось по пути. В глазах расплывались разноцветные круги, ноги и руки я не чувствовала, но умудрялась как-то стоять. Значит не сломала. Не сломала.

Онемение растекалось не только по телу, оно пробиралось и в голову.