Холодное сердце. Другая история любви

Ханс соскочил с седла, пригладил камзол, быстро прошелся ладонью по волосам, а потом решительно направился к дверям королевской часовни.

Переступая порог, он тут же почувствовал на себе десятки оценивающих взглядов. Ему стоило некоторых усилий удержаться от улыбки. Он знал, что хорош. Нет, не просто хорош: великолепен. Он не смог бы обставить свое появление лучше, даже если бы постарался нарочно. Большинство гостей уже собрались и заняли места на длинных скамьях со спинками перед возвышением, где происходила церемония. Когда Ханс открыл дверь и появился в проеме, освещенный со спины солнцем, можно было не сомневаться, что все внимание присутствующих приковано к нему. Для общества собравшихся здесь он был загадкой. Никто не знал, кто он, откуда, что ему здесь нужно, – и его это вполне устраивало. Он сам откроется им в подходящее время, когда это будет наиболее выгодно.

Высоко держа голову, Ханс прошествовал вперед, высматривая свободное место поближе к принцессе Эльзе, но при этом не слишком близко, чтобы не выказывать слишком явного интереса. Усевшись, он занялся оценкой своих возможных конкурентов.

Ханс серьезно отнесся к своему домашнему заданию. Едва получив от отца позволение присутствовать на коронации, он тут же занялся составлением списка других возможных претендентов на руку и сердце будущей королевы Эренделла. «Знание – сила», – сказал ему однажды Ларс, когда их отец был вынужден вступить в войну с сопредельным королевством. «Идя в бой, всегда лучше знать, что представляет собой твой противник». Сейчас Хансу предстоял самый главный бой в его жизни, и он хотел знать наверняка, с кем ему придется сразиться. Незаметно осматриваясь по сторонам, он уже понимал, что его домашние усилия не пропали даром.

Со своего места он хорошо видел расположившегося чуть поодаль тощего коротышку с удручающе длинным носом. Он узнал в нем герцога Варавского, правителя Варавии, который в данный момент был погружен в беседу с сановником из Блавении. «За этим герцогом нужен глаз да глаз», – напомнил себе Ханс. Насколько он успел выяснить, собираясь в Эренделл, этот человек собирался всерьез насесть на королеву, чтобы вынудить ее расширить торговые контакты между их государствами и по возможности увеличить поток торговых судов, курсирующих между ними. В одном разговоре Ханс подслушал, что герцог Варавский убежден, будто в Эренделле что-то нечисто и что от него самого и его народа утаивают нечто важное. Ханс понятия не имел, правда это или нет, зато он хорошо знал, что коротышка-герцог имел большое влияние на людей и в самой Варавии, и за ее пределами. И если он начнет по какой-либо причине говорить о Хансе что-то нелицеприятное, это может иметь самые скверные последствия.