Холодное сердце Хальгорда

— Как вы? — подкрался незаметно Хальгорд, обняв меня, он нежно коснулся губами моего затылка, — я скучал.

— И я, — прошептала, запрокидывая голову, чтобы посмотреть на мужа, последнее время мы ни часто с ним видимся, он всё больше пропадает на строительстве удобного спуска и причала.

— Я смотрю, вы только начали? — произнёс, усаживаясь рядом со мной, — значит, истории ты ещё не рассказывала?

— Нет, — улыбнулась этому большому ребёнку, хотя он был ни один такой, к концу урока к нам присоединялось много взрослых, — ты голоден?

— Нет, Анни нас с Бруно накормила

— Анни? — удивлённо переспросила, женщина так и не научилась готовить и даже не желала этого, её итак, всё устраивало.

— Готовила Вилма, а Анни подавала, — тихо рассмеялся муж.

— Понятно, — кивнула Хальгорду, вновь возвращаясь к детям, — так, я вижу, все вы большие умнички и выучили на отлично, значит, приступим к следующим цифрам и их будет уже больше тридцати.

— Эвелин, а это больше чем коров в стаде? — спросила одна из самых маленьких учениц.

— Не всегда, есть стада в которых насчитывается более ста голов, а то и больше.

— А сто — это сколько? — не унималась любопытная малышка.

— Много, будешь учиться, узнаешь — ответила и заговорщицки склонившись, прошептала, так чтобы услышали все детки, — и даже тысячи, а это так много, как капелек росы на листиках.

— Много, — уважительно воскликнули несколько мальчишек постарше.

Ещё десять минут и мы закончили с арифметикой, пора приступать к историям, я смотрю, и народ стал подтягиваться, и Грегор уже пришёл, держа в руках мешок.

— И мальчик побежал домой и рассказал купцу про то, что слышал на речке. Собрали народ, пошли на реку, закинули сети шелковые и вытащили Алёнушку на берег. Сняли камень с шеи, окунули её в ключевую воду, одели её в нарядное платье. Алёнушка ожила и стала краше, чем была. А козлёночек от радости три раза перекинулся через голову и обернулся мальчиком Иванушкой, — закончила я сказку.

— А ведьма злая? — воскликнул Корт, подскочив с места, он сжал свои кулачки, словно был сейчас же готов кинуться на злодейку, — что с ней?

— А над ведьмой провели хеймнар, — закончил за меня Хальгорд.

— Верно, — растерянно подтвердила, хмуро взглянув на мужа, уже зная, что за кровавый и жестокий обряд у них такой.

— Эвелин спасибо, — поблагодарили меня детки, разбегаясь кто по своим домам, кто устремился к родителям.

— Зачем? — тихо спросила мужа.

— Дети должны знать, что зло будет наказано всегда, — прижимая меня к себе, Хальгорд положил руки на мой живот, довольно хмыкнув, когда сынишка толкнулся, — воин.

— И оно было бы наказано, но не так, — сердито возразила мужу.