Неопознанный ходячий объект

Рыжая сделала еще несколько шажков, опустила на пол свою добычу, тявкнула и не спеша засеменила с веранды, а мы дружно кинулись взглянуть на то, что она принесла.

У всех из горла вырвалось дружное «ох», Женька зажмурилась, а Лидия Артуровна сделала попытку упасть в обморок, но, так как на это решительно никто не обратил внимания, осталась стоять на ногах.

Я во все глаза пялилась на то, что лежало у моих ног, силясь привести в порядок свои мысли. Если честно, упасть в обморок мне тоже очень хотелось, потому что на полу лежала человеческая рука, то есть не вся рука, а кисть, но и этого было вполне достаточно, чтобы спятить от страха.

– Черт возьми, – пробормотал Валера, высказывая всеобщее мнение на этот счет, Лидия Артуровна испуганно посмотрела на мужа и вдруг смертельно побледнела, лицо писателя точно окаменело, а взгляд, устремленный к отрубленной руке, очень мне не понравился. Растерянности или страха в нем не было, скорее ненависть.

– По-моему, нам действительно придется вызвать милицию, – заметил Валера."

"В общем, я опять взобралась на пригорок и позвонила по 02. Дальнейшие свои телефонные мытарства описывать не буду, в конце концов мне удалось дозвониться до районного отделения милиции, где моему звонку не обрадовались и сообщили, что раньше чем к вечеру приехать не смогут. Во-первых, сейчас нет машины, во-вторых, если машина к обеду и появится, то радость небольшая, потому что все равно нет бензина, а в-третьих, если даже он найдется, то добираться к нам предстоит через соседнюю область, раз мост снесло, а это крюк в сто километров, а может, и больше, потому что там тоже дороги не сахар.

– В Заручье есть лодка, – не выдержала я, – вы могли бы добраться на ней, и бензина не нужно. В конце концов, речь идет об убийстве.

– А труп есть? – вздохнули на том конце провода.

– Есть кисть руки, – свирепея, ответила я. – Этого что, мало?

– Чтобы возбудить уголовное дело по факту убийства, нужен труп, а рука не считается. Может, мужик какой ее по пьяному делу оттяпал или там бензопилой… всякое бывает, а вы уж сразу убийство… А нам лети сломя голову… поспрашивайте у местных, не покалечился ли кто…

С родной милицией я и раньше имела дело, не приходя от этого в восторг. Опять же, муж у меня почти что мент, и тоже ничего хорошего, но такого мне слышать еще не доводилось, и я, признаться, растерялась. Пробормотала «извините» и отключилась.

Когда я вновь появилась на веранде, там царило молчание. Мария Павловна уже пришла в себя и горестно качала головой, дежурившая девушка испуганно жалась к ней, точно ища защиты, остальные пребывали в глубокой задумчивости. Все дружно посмотрели на меня, а я пожала плечами:

– Сказали, скоро не ждать, у них бензина нет.