Хочу только тебя!

В то время, как все быстро опустошали свои тарелки и снова их наполняли, Мишель удалось проглотить лишь немножко салата.

Она с живой заинтересованностью вступала в разговор, слушала и отвечала, через минуту уже не в силах вспомнить, о чем шла речь.

Ее мысли были поглощены Никосом, перед ее глазами чередой проходили сцены и события, которые свели ее с ним.

Мишель сидела, рассеянно крутя в пальцах ножку бокала с шампанским.

— Мишель?

Она подняла глаза. На нее смотрела через стол Саска. Вид у нее был удивленный.

— Прошу прощения. Что вы сказали?

— Завтра утром я лечу в Сидней, проведу там недельку-другую с друзьями, а уже оттуда отправлюсь домой в Афины.

Сидней, Афины? Саска покидает завтра Золотой берег? Это что, она махнула рукой на Никоса, решив, что ей ничего тут не светит?

— О, я уверена, вам понравится в Сиднее, — учтиво проговорила Мишель. — Там есть что посмотреть и чем заняться.

— Жду не дождусь.

Остальная часть вечера прошла как-то мимо сознания Мишель. Она улыбалась, что-то говорила, даже попыталась что-то есть, закончив двумя чашками крепчайшего кофе и стаканом минеральной воды.

Шел уже двенадцатый час, когда Этьен расплатился по счету, и на этом ужин закончился.

Мишель и Никос постояли пару минут у гостиничных дверей, прежде чем им подали машину. По дороге домой Мишель ни разу не раскрыла рта.

Господи, как хорошо здесь, в пентхаусе, да только пришла пора покидать этот рай, она видит его в последний раз. У Мишель защипало в глазах. Ну вот, не хватало еще заплакать.

Где взять силы, чтобы держаться и не показывать вида? Завтра… Нет, черт с ним, с этим завтра, она даже думать о нем не хочет.

Подошел Никос, протянул руку, приподнял ее подбородок, другую положил ей на затылок, прижимая к себе, и она вся, телом и душой, растворилась в поцелуе. И снова это сумасшествие, эта обнаженность всех чувств, лихорадочный жар и дикое желание…

Потом Мишель лежала неподвижно в объятиях Никоса и слушала биение его сердца. Их сердца бились в унисон.

Позже, убедившись, что он уснул, она осторожно высвободилась из его рук, встала и тихонько пошла на кухню. Там она медленными глотками выпила стакан воды в надежде, что удастся как-то ослабить действие кофе.

Лечь снова на эту широкую постель и делать вид, что спишь… Нет, ни за что. Ноги сами понесли ее в гостиную. Там Мишель подошла к окну, отодвинула портьеру и застыла, глядя па ночное небо и океан.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

— О чем задумалась?

Мишель повернулась на бархатный голос, и сердце у нее подпрыгнуло, когда Никос обхватил ее сзади руками и прижал к себе.

— Все получилось как надо, — заговорила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Бейтсон-Берроузы уехали, а…

— Саска передумала и решила, что я ей не подхожу, — продолжил Никос, упираясь подбородком в ее затылок.