Хочу тебя вернуть

А те, у кого нет шанса на сопротивление, как не было его у Киры, уходят. И знаешь что? За таких мстят и их оплакивают! Объяснить почему? Потому что их уважают! Уважение! Вот то чувство, которое я испытывал к Кире, ещё даже не зная её. Сочувствие, что попала в такую ситуацию без своей вины, признательность и благодарность за спасение жизни сына и уважение! Поэтому и принял её в семью!

— Вы себя слышите? Вы сейчас стоите и говорите, что после пережитого кошмара, женщина ещё и умереть должна? — это рассуждения какого века! — Хотела бы я посмотреть, как вы будете себя вести, если ваша любимая женщина переживёт насилие!

— А он уже обещал, что свою женщину сам же и обидит. — Я сама забыла про слышимость в этом центре, и у нашего разговора были свидетели.

Услышав слова Сабира, я просто потеряла дар речи. Это что за обещания такие?

— Агиров, не переворачивай мои слова. Мой ответ на твоё пожелание не совершать ошибок в отношении со своей женщиной это не обещание. — Видимо я опять что-то не так понимаю.

Тайгир подошёл, взял меня за руку и молча увёл меня в палату.

— Мне кажется, что нам пора поговорить! — сказал он, закрывая дверь.

Глава 10.

Тайгир поступал с такой уверенностью в том, что он делает, что я сначала растерялась, а демонстрировать свою самостоятельность и независимость уже после, мне показалось глупым. Тем более, что сама собиралась с ним поговорить.

Но стоило только закрыться двери в палату, как я почти мгновенно оказалась на коленях у сидящего в углу дивана Тайгира. Насколько я знала, на этом диване спал Амиран в первые дни после того, как Тайгир пришёл в себя.

— Ты что себе позволяешь? — попыталась я встать. — Ты сказал, что надо поговорить. А сам, что хочешь, то и делаешь!

— Поверь, если бы я делал то, что хотел, мы бы сейчас тут не сидели. — Рассмеялся он.

— Что за безалаберное отношение к собственному здоровью!? — Возмутилась я. — Сколько раз тебе говорить, никаких физических нагрузок! Швы ведь даже ещё не сняли!

— Вот и не дергайся. — Нагло заявляет он. — Прояви заботу о своём пациенте.

— Да? У меня на текущий момент в этом центре уже более двух десятков операций. Мне на все требования ""заботы"" соглашаться? — прищурилась в ответ, с непонятным удовольствием наблюдая, как сужаются от злости глаза Тайгира.

— Ты уверена, что дразнить меня хорошая идея? — тихо спрашивает он, но от этого голоса мурашки бегут по коже от ощущения опасности. — Если ты хочешь разбудить мою ревность, то могу тебя заверить, что она и так не спит. Я готов каждому, кто только смотрит в твою сторону, оплатить пребывание в местном морге. Чтоб даже мысли не осмеливались допустить, что могут заслужить твоё внимание.

— Я врач…

— Ты, прежде всего, красивая женщина, яркая, притягивающая взгляд снова и снова.