Хочу тебя в жены

Каждая фраза сопровождается размашистым толчком. Внутрь. Вглубь. До матки достаёт. Нет, даже глубже. До сердца. До мозга. Душу выдирает. Выдалбливает мощными толчками.

Мои ногти царапают широченную спину до крови. Безотчетно врезаются в рельефные мускулы. Ноги раздвинуты до предела, заброшены на каменные бедра. Тело подрагивает от напряжения, сотрясается, покорно раскрываясь, встречая властные и жестокие удары вздыбленного органа.

Пульсация нарастает. Распирает. Чувствую, как набухают и вздуваются вены, как одержимо бьется закостеневшая плоть внутри моей, податливой, мокрой, послушно распахнутой.

Крупные ладони накрывают грудь, сжимают до синяков, стискивают, беспощадно мнут. Горячий рот взгрызается в мои заледеневшие губы.

Каждый крик пленён. Надёжно закрыт в горле.

Удар за ударом. Резче. Мощнее. Пробивая до спазмов, до токсических судорог. Принуждая выть, извиваться, истекать похотью.

Меня подбрасывает. Выбивает из собственного тела. Выше и выше. До адских небес. Вижу темноту. Нас. Себя. Со стороны. Порочная картина вспыхивает на самом краю сознания. Ранит и распаляет, гаснет, оставляя пылающее тавро.

Два сплетенных тела. Тьма и свет. Варвар одержимо вбивается в покорно распластанное перед ним тело, порабощает грубыми толчками. Громадный, мускулистый хищник берет свою законную добычу. Белые ноги беспомощно дергаются от сокрушительных рывков. Жертва трепещет.

Я во власти животного. Зверь голоден. Беспощаден. Трахает дико и грязно. Как первобытный человек. Разряжается бурным потоком. Извергает в меня вулкан. Как самец помечает самку. Окропляет семенем.

Чуть дышу. Впитываю все до капли. Его терпкий запах. Жаркий пот. Вязкую сперму.

- Размялись, - насмешливо бормочет Амир, трется щетиной о шею, жадно шарит пальцами по моему тело. - Теперь развлечемся по-настоящему.

- А это, - задыхаюсь. - Это что было?

- Сорвался, - выдаёт хрипло. - Быстро кончил.

- Быстро? - в голосе прорезается ужас.

- Зайка напугалась? - покрывает мою грудь влажными поцелуями, двигает бёдрами, наглядно позволяя ощутить, как вновь твердеет исполинский орган, наполняется силой. - Не стоит держать меня на сухом пайке.

- Но совсем мало времени прошло...

Амир хохочет. И отстраняется. Вдруг покидает тело. Переворачивает меня на живот толчком. Ставит на колени, поглаживает ягодицы, тискает как хозяин, помечает собственность, отвешивает несколько жестких шлепков.

Прогибаюсь. Вжимаюсь грудью в постель. Издаю развратные стоны.

- Будет ещё забег, - выдыхает в мою макушку, прижимается сзади, протирается каменеющим членом о распухшее лоно, заставляет содрогаться от ядовитой смеси эмоций, сливает воедино огонь и лёд. - Много забегов. Ночь только началась.

- Ты меня убьешь, - выпаливаю срывающимся голосом.