Хочу тебя в жены

– В этот раз я набираю вес гораздо быстрее, чем в прошлый. Всего пара месяцев, а живот торчит. Я слишком много ем и не способна остановиться.

- Я чутка потерялся, - признаюсь. – Выручай. Как это все на хрен связано?

- Толстая, - всхлипывает, носом шмыгает. – Я очень толстая стала. Тебе неприятно смотреть на мое тело? Ты больше не возбуждаешься? Скажи честно. Пожалуйста. Я должна знать правду.

Пошли приколы. Гормоны чердак рвут. Об этом я тоже читал. Бывает. Дурные мысли в башку лезут. Жрать охота. Истерики прут. Вообще, я до черта перечитал за эти дни. Больше чем за всю жизнь. А еще врубил видео с рожающей бабой и совсем в осадок выпал. Как же та бедная тетка орала. Что творилось у нее между ног. Смахивало на самую жестокую пытку. После тех кадров хер на весь день опал. Видно, тоже обалдел от пиздеца на экране. Дальше память отлично помогала остужать стояк, когда моя Зайчишка рядом укладывалась.

- Правду хочешь, – протягиваю. – Валяй. Да я бы тебя со своего болта ни на секунду не отпускал. Долбил бы сутки напролет. Но куда? Ребенок же внутри. Нельзя.

Глаза округляет. Ресницами хлопает. Обалдевает.

Что я такого странного сказал? Не пойму.

- Ну а про фигуру бред городишь, - усмехаюсь. – Худющая ты. Натуральная вобла. Или треска. Грудь вот только наливаться начала. Жопа вернулась. Пусть и не вся. Но так посудить – тощая. Кожа да кости. Жрешь ты мало. Больше надо. За двоих ведь.

- Амир, - брови гнет. – Почему ты решил, нам нельзя заниматься сексом?

- Ты беременная.

- Но я же не больна, - вдруг улыбается, шухарно так. – Противопоказаний не обнаружено. Я регулярно прохожу осмотры. Врач ничего нам не запрещал. И кстати, в такой период женщинам особенно сильно хочется ласки."

"- В прошлый раз хотелось? – мрачнею. – С кем ты ласкалась?

- Ни с кем, - хмурится. – Я никогда не желала никого кроме тебя. Думаю, ты должен это запомнить и понять. Просто иногда ночью вспоминала всякое. Мысли о прошлом мою голову кружили. Дико скучала.

- Трогала себя?

По груди ладонями прохожусь. Чувствую трепет. Глаза моей Зайки вспыхивают. Не от слез, не от страха. Другое совсем улавливаю.

- Нет, - запинается. – Я закрывала глаза. Память накатывала волной. И не нужно было ничего делать. Все происходило само по себе.

- Ты кончала? – по спине вниз пальцами провожу, под зад подхватываю, ягодицы сминаю, заставляю дернуться. – От воспоминаний?

- Я очень живо все чувствовала. Твои руки. Губы. Ты, - выдает с придыханием и вдруг замолкает, медлит и прибавляет: - Ты был везде. Повсюду. Но сильнее всего тут. Внутри. Под ребрами. Ты никуда не уходил. И сколько бы я не бежала, сколько бы не пыталась отвлечься, ты всегда оставался рядом.

Маленькая. Чистая. Нежная. Моя. Мари-Марианна. Хрупкая. Тонкая. Родная. Выпускать из пальцев не тянет. Никогда. Вечно держать хочу. Моя, моя. До капли.