Хочу тебя любить

Несмотря на плачевное состояние останков, следователи сразу же ставят предположение, что оно принадлежит пропавшему в море Бойко Ренату Ильдаровичу.

Маме сообщить не решаюсь. А с Киром, когда он приезжает за нами с Нютой, обсуждать этот кошмар нет ни сил, ни желания. Все происходит немного неловко. Я задерживаюсь, чтобы заверить маму, что буду заботиться о малышке. Она на это никак не реагирует. Переживает лишь о том, что остается одна. Сухо напоминаю, что вечером приедет бабушка.

– Все, мам… Не скучай.

Бегу за унесшей Анечку медсестрой. И несколько теряюсь, когда вижу, как та передает малышку Бойке. Вроде должна знать, что он не отец, и всего этого не нужно… Мы оба – и я, и Кир – густо краснеем. Потом он с каким-то изумлением смотрит на Нюту, а я передаю подоспевшему ко мне Чарушину сумки и, поблагодарив медсестру, первой сажусь в припаркованную перед входом машину.

Тогда Бойка шагает следом и, прежде чем я успеваю как-то его проинструктировать, достаточно ловко и при этом осторожно опускает малышку в детское кресло.

– Вау… – выдыхаю удивленно.

– Посмотрел видеообзор, – серьезным, немного хрипловатым голосом объясняет он.

– Круто… Ты молодец, позаботился о безопасности, – хвалю его, пока он застегивает ремни. – А я ведь даже про кресло не подумала.

– Я тут почти каждый день, как к тебе приходил, со всякими опытными папашами сталкивался. Они болтали, я запоминал.

Поднимая взгляд, подмигивает и улыбается. А мне так сильно хочется его обнять… Жаль, сию секунду нет такой возможности. Между нами кресло с Нютой. Но я все же ловлю его горячую ладонь и, слегка наклоняясь, прижимаю ее к своей щеке.

Без слов обмениваемся эмоциями. Да, взглядов хватает.

– Едем? – окликает нас занявший водительское место Чарушин.

– Едем, – киваю я.

Загораюсь нетерпением. Хоть до нашего дома недалеко, хочется как можно скорее оказаться с Киром вдвоем. То есть втроем, конечно. Еще же Нютик. Но, главное, с Бойко. Вместе.

Глава 63

Мне кажется, мы растем. Каждый раз выше и выше.

© Варвара Бойко

– Может, не сегодня? Не очень длинные… – размышляю я взволнованно.

Бойка ловит крохотную ножку Нюты и проводит пальцем по отросшим тоненьким ноготкам.

– Нет, Варя. Надо стричь, – скорбным тоном изрекает он.

Я тяжко вздыхаю.

Одетая в один лишь подгузник малышка вертится и кряхтит, пока мы зависаем над ней, как над неизученным нами сверхсложным языком программирования. Перехватываю вторую ножку и, поднеся специальные детские ножницы, примериваюсь.

– Не могу, – пищу пару секунд спустя. – Мне страшно, что я сделаю что-то не так… Что ей будет больно…

– Дай сюда, – решительно выдвигает Кир.

Охотно вручаю ему ножницы и закрываю ладонями лицо. Долго, конечно, не выдерживаю. Перевожу дыхание и смотрю.