Я. Хочу. Тебя.

Время ей даю. Словно добычу свою стерегу. Делами заняться, спуститься вниз как-то не выходит.

Рядом бы остался. Но мое присутствие ее явно пугает.

Офигеть.

Девчонка затихла и просто отрубилась.

Так и лежит, скрученная в гусеницу, на моей постели.

Ну, хоть доела и расслабилась. Или и вправду под хренью какой-то была?

Хрен знает. А рука не поднимается вытряхнуть ее из простынного кокона.

– Ладно, – вздыхаю, аккуратно убирая с лица разметавшиеся волосы.

Так и укладываюсь рядом, прижимая к себе сладко дышащий сверток.

В жизни такого не было. Чтобы с девчонкой просто спать собрался!

Может и правда? Отпустить на все четыре стороны? Вышвырнуть на фиг из дому эту проблемную?

Вызвать нормальную девку и наконец-то расслабиться?

Ну нет!

Завод мне кто отрабатывать будет?

Девочка вляпалась по самое не могу!

Ну, не с Гудимова же мне теперь отработку спрашивать? Боюсь, минет в его исполнении нанесет мне, кроме незабываемых впечатлений, глубокую моральную травму! Которую и бочкой вискаря потом не выйдет залить!

А может, какой-то урод так испугал ее в сексе?

Черт разберет.

Хотя… У Гудимова скромницы точно не появляются! И бедрами виляла, и с плеткой той поганой выходила явно не под дулом пистолета!

Блядь.

Ну не у самого же Гудимова спрашивать, как она к нему попала и что он с ней делал в своих извращенческих хоромах!

Ладно.

Все равно сейчас ни хрена не прикину. Не вычислю.

Завтра пусть все и расскажет, а то я таких вариантов сейчас тут наскирдую!

Проглатываю одним махом стакан виски. Просто опрокидываю в глотку. И еще одни. И еще.

Мне тоже надо как-то настроиться. На то, чтобы спать с одуренно желанным телом и ни разу его не тронуть!

– Иди сюда, – прижимаю девчонку сильнее, слыша, как легонько всхлипывает во сне.

Шумно втягиваю запах волос.

Ароматная. Пьянящая. Терпкая и сладкая одновременно.

Уносит.

Уносит не по-детски и вовсе не от алкоголя!

И вот как я должен пережить эту ночь, м?

Походу, долг зеленоглазки передо мной за это вырос. Раз эдак в двести. Или триста?

Особенно когда она, прижатая к моей груди, ножками елозить начинает. Прямо по раздутым от спермы яйцам. И губками причмокивать во сне… Твою ж мать!

Так моего терпения еще никто не проверял!

29 Глава 29

Ника.

Просыпаюсь от того, что меня будто сдавливают в тисках.

Даже дышать тяжело.

С шумом делаю глубоких вдох, не понимая, где я и что происходит.

И в ответ получаю глухое рычание.

Глухое. Но такой силы, что волоски на руках дыбом становятся.

Черт!

Я что?

Провалилась в берлогу дикого зверя?

А что тогда так крепко упирается мне между ягодиц?

Как будто стальной лом, не иначе.