Его брат хочет тебя

Да и от прикосновений Кирилла кожу начинало странно покалывать и жечь. Эти ощущения отвлекали, отдаваясь сильными мурашками и непонятной пульсацией от того, как Кирилл нависал надо мной, но я ничем не выказала то, что творилось у меня внутри, продолжая стоять с закрытыми глазами.

— Кирилл…эээ… — это все, что удалось произнести.

Мне с трудом удалось внешне не отреагировать на то, как он стянул верх мокрого топика, оголяя белый влажный лифчик. На секунду приоткрыв глаза, я проигнорировала то, как официант, проходивший мимо посмотрел на мою грудь, но тут же обжегшись, отвернулся, поторопившись оставить нас наедине.

А Кирилла мало интересовали люди вокруг. Сейчас он был полностью занят мной. Соединил наши ладони в замок и, поставил на стену рядом с моей головой, после чего начал облизывать шершавым языком грудь, которую высвободил из лифчика для откровенных ласк.

От его теплого дыхания на мокрой коже волоски вставали дыбом и сердце забилось учащенно, против моей воли пропуская по телу разряды тока, но я и этого не выказала. Лишь до боли прикусила нижнюю губу.

Я так и не ответила на его приказ, поэтому вскоре Кирилл сделал свой вывод:

— Ааа. Нет. Ника меня не хочет. Да, Никки?

В тот же момент резко сцепил зубы на соске, на что тело прострелило от боли. Колени подогнулись, поэтому Черному пришлось поддержать меня за талию, чтобы я не упала на пол.

Укусом он наказал за равнодушие и черствость. Не получив от меня искренних заверений в чувствах, Кириллу наскучило, он медленно разжал наши соединенные руки и перестал поддерживать, а затем направился в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.

Без поддержки мое тело вновь налилось тяжестью, отчего я беспомощно привалилась лопатками к стене и аккуратно поправила одежду.

Я должна была спасти Пашу. Должна. Мне казалось, что я находилась где-то на самом дне, в котором меня засасывало в пучину, но только не одну — за собой я тянула Пашу, который был добр. Заботлив, аккуратен. Я ему обязана своим излечением, поэтому, не задумываясь, выкрикнула:

— Я... Я хочу тебя! Слышишь, Кирилл? Хочу тебя!

Эхо несколько раз повторило мое признание и еще долго не замолкало. Его отголоски раздавались и у меня в ушах, и должно быть у Кирилла, потому что как только они окончательно смолкли, парень остановился. Его плечи задеревенели, стали неестественно ровные, как палки.

Осмыслив мое сообщение, он также не спеша обернулся и тихо произнес:

— Врееешь...— и вновь странно улыбнулся, хотя скорее оскалился. — Мало искренности в твоих словах. Я не верю."

"Едва сказал эти слова, как дернулся ко мне, стоявшей возле арки, взял пальцами за щеки, причиняя легкую боль, и поцеловал. Грубо. Без ласки. Черные по-прежнему сжимал мои щеки, тем самым не давал закрыть рот и избежать поцелуя.