Хищник цвета ночи

— Но как нам быть?

— Уеду я. В резервацию. Поверь, я найду способ заковать зверя, запереть себя. Там есть отличные замки и тюрьмы.

— Ник, господи, что ты говоришь?

— Ничего. Всего на одну ночь, а завтра утром я уже буду здесь. Только жди меня тут. Пожалуйста.

— Ты обещаешь? — отодвинулась в сторону, чтобы видеть его лицо.

Мне важно было услышать его ответ, увидеть глаза, которые никак не могли вернуть привычный цвет.

— Обещаю… Вик, мне столько надо сказать тебе… и я скажу… Когда вернусь. Завтра на рассвете. Только дождись. Обещай.

— Обещаю.

— Под защитой моей семьи тебе нечего бояться… Мы переживем это. Сначала всегда страшно, а потом просто будем жить дальше. Слышишь? — быстро и сбивчиво прошептал Н’Ери.

Слышала и не верила.

Зачем он дает такие обещания?

— Ник…

Дрожащие пальцы коснулись губ, призывая молчать.

— Мы не так начали, Измайлова. — Кривая усмешка исказила лицо. — Но мы все исправим. После.

Снова поцелуй.

Болезненный, горький.

Глаза закрылись сами собой, я почувствовала аромат его тела, вкус его губ… и услышала стук закрывшейся двери.

Ник ушел.

И силы кончились.

Колени подогнулись, я тихо опустилась на пол, попав как раз в дурацкую лужу.

Ткань джинсов тут же промокла, и это вызывало легкий озноб.

Одна часть меня дрожала от страха и уговаривала спрятаться, спастись. Ведь это так просто, и Ник не найдет, а если и найдет, то будет уже не так важно. Пережить пару дней. Так надежнее."

"А другая настойчиво напоминала о слове, которое я дала. Потому что он обещал.

Я позволила себе лишь секунду слабости, совсем немного. Потом встала, отряхнула грязные капли с джинсов, на ходу сняла пуховик и направилась в коридор.

— Вика?

Ольга Ивановна появилась, когда я уже повесила куртку на крючок и сняла ботинки.

— Доброе утро. А вы не скажете, где я могу найти тряпку? Мы тут немного наследили.

— Глупости. Я все уберу. А куда умчался Ник?

— В резервацию, — пряча руки в задние карманы джинсов, ответила я и попыталась улыбнуться. — У него там какое-то дело. Обещал завтра утром вернуться. Вы не возражаете, если я подожду его здесь?

— Это даже не обсуждается. Оставайся, конечно, мы будем только рады, — несколько рассеянно отозвалась женщина, и от внимательного взгляда светлых глаз мне стало неловко. — Вика, ты ничего не хочешь мне сказать?

Пожала плечами, стараясь выглядеть как можно убедительнее.

— Нет.

Она кивнула.

— Хорошо. Пойдем обедать?

Когда мы все уже сели за стол (меня усадили рядом с семилетним Гейлом), прибыл неожиданный гость, и я начала жалеть о том, что осталась.

Надо было бежать, когда еще существовала хоть какая-то возможность скрыться.

Я много раз видела Кирка З’Ерна по телевизору. Помню, как тихонько вздыхала бабушка, глядя на изображение этого красивого мужчины.