Хищник цвета ночи

Радуйся! Чего застыла, едва дыша?»

— Вик? — Ник стал подниматься с пола, и меня прорвало.

Только ведь сидела на диване, пытаясь осознать полученную информацию. Доля секунды, и я каким-то чудом перемахнула через спинку и отскочила в сторону, дрожа, как мелкий испуганный зверек.

— Не подходи ко мне!

— Вика, — хищник выпрямился и осторожно выставил руки перед собой, — успокойся.

— Ты знал! Ты с самого начала все знал! — обвинительно прошептала ему, почти прокричала, но голос срывался, терялся, болезненными осколками застывал между нами.

— Вика…

— Все это было игрой! Жалким фарсом. Может, и родственника никакого нет, и завещания. Нашел себе самку для потомства и пустил в ход свое обаяние!

— Ты сама-то в это веришь? — устало спросил он и снова попытался сделать шаг ко мне.

Не верила, но мне стало больно. Так больно, что хотелось причинить ему такие же сильные муки.

— Не подходи! — взвизгнула я.

И пусть я сейчас была похожа на истеричку. Пусть дрожала от ужаса, но позволить вновь задурить себе голову я не могла.

— Измайлова, давай я принесу тебе воды?

— Мне от тебя ничего не нужно. Я ухожу. Сейчас.

И попятилась к двери.

— Вика, я ничего не знал. Клянусь тебе.

— Ну, конечно, рядом столько лет была шаери, а ты был не в курсе.

Мужчина тяжело вздохнул и растерянно потер затылок.

— Вик, я сколько раз тебе говорил — не смешивай сказки и реальность. Шаери определяется не прикосновением или запахом. Ее нельзя определить поцелуем или еще чем-то. Все намного сложнее. Я узнал об этом только тем вечером в Париже. Всего пару дней назад. Клянусь.

Я тяжело сглотнула, схватилась рукой за шкаф, который так не вовремя оказался рядом, но сбегать не спешила.

— Почему тогда?

— Потому что в тот вечер мы впервые взглянули на тебя как на женщину. Я впервые взглянул. Нет, я знал, что ты женщина, и восхищался тобой. Но тогда впервые возникло желание… Да, надо было давно понять, что притяжение между нами возникло не просто так. Но ведь мы хорошо сработались, понимали друг друга. А рычание зверя я воспринимал как собственнические замашки… Наша секретарша, собственность и игрушка.

— Я не игрушка!

Но почему-то от этих слов не было больно. Потому что это не так страшно, страшнее другое. То, что изменить не получится.

— Ты шаери, и этого не изменить, — серьезно ответил Н’Ери. — Поверь мне, я тоже не в восторге. Мое будущее распланировано. Я знаю, чего хочу и когда хочу. В этом будущем нет места семье и тем более детям. Никогда. Ты не должна была появиться в моей жизни! Только не у меня. Я чужой, изгой, большую часть жизни проживший по законам людей, но не хищников. Я не хочу жить по их законам и уж точно не хочу заставлять тебя.

— Ты пытался затащить меня в постель, — прошептала едва слышно.