Хаски и его учитель белый кот. Том III

— Наньгун Чанъин сказал: неважно, устоит ли Духовная школа Жуфэн или нет, ведь пока в этом мире есть люди, для которых «жадность, ненависть, ложь, убийство, блуд, воровство и грабеж — семь недопустимых вещей для благородного человека», его дело не погибнет, — сделав паузу, госпожа Ван продолжила, — его мудрые слова запали мне в душу, и сегодня я хотела бы сказать вам то же самое.

— Госпожа…

— Господа, уходите. Когда правда восторжествует и все закончится, если в вашем сердце все еще будет такое намерение, вы можете вернуться в это место.

Какое-то время люди в зале молчали, и лишь юные ученики тихо плакали, промочив слезами все рукава.

— Второе, о чем я хочу вас попросить, господа, — продолжила госпожа Ван, — не создавайте проблем и не чините препятствий Жань-эру и Юйхэну. Я думаю, что у них обоих были веские причины поступить именно так, а также я верю, что слова Жань-эра не были ложью.

Следом за старейшинами, ученики склонили головы и торжественно пообещали:

— Люди Пика Сышэн никогда не станут врагами молодому господину Мо и старейшине Юйхэну.

— И, наконец, третье, — госпожа Ван вздохнула, — боюсь, как и сказал Жань-эр, Пространственно-временные Врата Жизни и Смерти скоро будут открыты и тогда… — она остановилась, словно в какой-то момент засомневавшись в правильности собственного твердого убеждения, но все же, взвешивая каждое слово, продолжила, — тогда, я надеюсь, что вы позаботитесь о простом народе в обоих Царствах.

Отличавшийся взрывным темпераментом старейшина Таньлан, не сдержавшись, сердито возразил:

— Стоит ли снова защищать зверье, что кусает руку дающую?!

— Госпожа не была здесь, поэтому понятия не имеет, как отвратительно обличье этих людей!

— В Нижнем Царстве так много людей, среди них есть прихвостни и злодеи, а за доброе дело не всегда можно получить в оплату даже благодарность, — тихо сказала госпожа Ван. — Но Чжэнъюн создал эту школу не для того, чтобы получить чье-то одобрение, а для того, чтобы не посрамить живущие в его сердце искренность и веру в добро.

Ее зрачки краснели все больше, татуировка Феникса на талии сияла все ярче.

Стоя внутри взвившегося к небесам столба пламени, госпожа Ван вновь обратилась к ним:

— Господа, этот мир слишком огромен, чтобы можно было найти одно определение слова «справедливость» для каждого, но даже несмотря на это, действовать во имя своей справедливости и быть верным своему сердцу[285.3], это то малое, что нам все еще по силам.

Закрыв глаза, она тихо вздохнула."

"— Поэтому, если из-за этих нескольких десятков предателей и этой несправедливости Пик Сышэн падет и больше не поднимется, если ученики его опустят руки и перестанут заботиться о жизни каждого человека, то наша школа превратится во вторую Духовную школу Жуфэн...