Хаски и его учитель белый кот. Том III

Откажись от своей затеи… не вреди ему…

— Почему? — с интересом спросил Ши Мэй.

Почему?

Чу Ваньнин ведь такой хороший человек. Весь стол в Павильоне Алого Лотоса завален его чертежами, по которым он конструировал Ночных Стражей и оружие, но делал это не для себя, а потому что беспокоился о безопасности других людей.

Он был абсолютно чистым и незапятнанным ничем дурным, словно первый снег, что падает с неба в первый месяц зимы.

Хотя он очень строг, а иногда и жесток, этот человек снова и снова брал его за руку и направлял его кисть, обучая правильно писать.

Дни напролет, с рассвета до заката, он проводил рядом с ним, обучая его боевым искусствам.

Он согласился принять его, и теперь Мо Вэйюй больше не был лишенным поддержки одиноким сиротой, который мог рассчитывать лишь на благосклонность судьбы и подложных родственников.

С этих пор в этом мире у него был официальный статус… ученик Чу Ваньнина.

— Ты не можешь причинить ему вред… — Мо Жань не находил себе места от волнения. Он хотел разбудить Учителя, однако не знал, что нужно сделать, поэтому только и мог, что упорно стоять перед Чу Ваньнином. — Он не сможет стать злым демоном. Он такой хороший, если ты заставишь его убивать людей… на душе у него будет очень тяжело."

"Он не знал, как выразить скорбь и гнев, что обуревали его сердце, поэтому мог лишь говорить просто и безыскусно, вплоть до того, что некоторые его слова звучали сумбурно и бессвязно. Словно, раз уж он не успел выучить никаких заклинаний, теперь он мог использовать для защиты свое худое немощное тело.

Очень мучительно видеть, как хорошего человека заставляют взять на себя грех убийства. С огнем пожара, в котором сгорел Терем Цзуйюй, это чувство навсегда вплавилось в его кости.

Окинув его насмешливым взглядом, Ши Мэй нашел все это весьма забавным.

— Тяжело на душе? Когда все закончится, он станет таким человеком, который не знает что такое «тяжело на душе». А-Жань, тебе совершенно не стоит об этом переживать.

— Но зачем ты это делаешь? Почему ты хочешь причинить ему вред?!

На этот раз, впрочем, Ши Мэй не стал спешить с ответом. Опустив ресницы, он долго молчал, прежде чем холодно произнес:

— Потому что это то, что мне обязательно нужно сделать.

— …

— Мне необходим доступ к самой мощной силе, — Ши Мэй сжал губы. — Ты не поймешь.

В этот момент совсем еще юный Мо Жань бросил все свои жалкие силы на то, чтобы уговорить своего брата-наставника, мысли которого были для него совершенно непостижимы.

— Разве ты не знаешь, что за человек наш учитель? Даже если… даже если ты сделаешь это с ним, вытравишь всю доброту из его сердца, превратишь в убивающего людей демона в человеческом обличье, вряд ли он позволит себя использовать и просто будет слушаться тебя… ты… ты не сможешь с ним справиться.