Хаски и его учитель белый кот. Том III

Возвращение в Ушань 18+

Предупреждение: 18+ описание секса, сомнительное согласие

Сказав это, Тасянь-Цзюнь пошевелил пальцем, и маленький демонический дух дракона сжал орган Ши Мэя еще туже. Его обычно невозмутимое лицо дрогнуло. Было очевидно, что ему очень больно, но он настолько привык в любой ситуации держать лицо, что даже сейчас изо всех сил старался сохранить достойный вид.

— Мо Жань, ты осмелился следить за мной?

Тасянь-Цзюнь с усмешкой ответил ему:

— Интересно, это ты скажи мне, есть ли что-то в этом мире, что не осмелился бы сделать этот достопочтенный?

— …"

"— Давайте я вас друг другу представлю: это — отделенный от горы Цзяо дух демонического дракона Ван Ли, который слушает приказы только представителей рода Наньгун, — искоса взглянув на них, Тасянь-Цзюнь продолжил. — Судя по тому, что ты не знаешь меры и даже во владениях этого достопочтенного ведешь себя так несдержанно, наше императорское вечество может посчитать, что тебе и правда жить надоело.

От злости и обиды, которую, очевидно, было не так легко снести, кровь прилила к голове и бешено застучала в висках Ши Мэя, отчего на них вздулись вены. Приходилось признать, что он и правда не подумал, что кровный контракт Наньгунов с горой Цзяо можно использовать подобным образом. Учитывая то, что он был пойман за руку и, можно сказать, связан по рукам и ногам, Ши Минцзин не посмел вести себя слишком нагло и самоуверенно, поэтому просто сказал:

— Убери от меня эту омерзительную тварь[268.1] и дай мне уйти.

Тасянь-Цзюнь демонстративно уставился на то, что сейчас сжимал дух демонического дракона. Насмотревшись, он с кривой усмешкой сказал:

— Тогда прежде ты должен пообещать, что больше никогда не достанешь при этом достопочтенном свою омерзительную хрень[268.1].

И без того донельзя рассерженный грубым вмешательством в его интимные дела, Ши Мэй совсем спал с лица, но все же угрюмо спросил:

— Что ты называешь омерзительным?

— То, что сейчас связано.

Чу Ваньнин: — …

Взглянув на связанного Чу Ваньнина, Тасянь-Цзюнь нахмурился и изменил формулировку:

— То, на чем сейчас нет одежды.

Чу Ваньнин: — …

Все это звучало как-то уж слишком двусмысленно, поэтому Тасянь-Цзюнь, помахав рукой, пояснил специально для Чу Ваньнина:

— Этот достопочтенный не о тебе говорит.

— Мо Жань, ты и правда просто смешон, — не преминул вставить свои пять медяков Ши Мэй. После этого, сохраняя видимость хладнокровия, он накинул на плечи свой легкий банный халат и, подняв глаза на Мо Жаня, сказал:

— Ладно, теперь ты можешь убрать его с меня?

— Не так быстро, сначала выйди из комнаты и отойди подальше. Как дойдешь до заднего склона, заклинание само спадет, — с ленцой протянул Тасянь-Цзюнь.