Хаски и его учитель белый кот. Том III

Ничто в это мире не бесило его больше, чем его собственная марионетка, которая перестала быть послушной.

— Пошел вон, я сказал! — заорал он.

Тасянь-Цзюнь опять сделал пару шагов, однако, на этот раз это действительно было всего лишь два шага. Его лицо вдруг исказилось от мучительной боли.

— Не…. — он схватился за голову. От напряжения у него вздулись вены на руках, все тело задрожало, а из горла вырывался хриплый стон, — достопочтенный… не хочет… как можно… как можно так… как…

Он закрыл глаза. Его воля то прогибалась, то упрямо наступала, память то прояснялась, то затуманивалась вновь. Он боролся изо всех сил. Все спуталось. Взлеты и падения, невзгоды и испытания двух его жизней.

— Как.. ты… смеешь!.. — после этих слов он замолк и замер. Бившая его тело дрожь внезапно прекратилась.

Ши Мэй застонал и прижал руку к груди... В этот момент, вырвавшись из-под его контроля, Тасянь-Цзюнь нанес ему ответный удар, безжалостно и с лихвой вернув ему влитую в него духовную силу. Ши Мэй пошатнулся и отступил на шаг назад. Практически сразу вслед за этим, он увидел как Тасянь-Цзюнь открыл глаза. Кровавая дымка в его зрачках рассеялась, словно туман.

— …

Хищные черные глаза больше не были затуманены, и теперь в этих холодных омутах ясно отражалось его собственное лицо.

Ши Мэй побледнел и пробормотал себе под нос:

— И правда, ты восстанавливаешься все быстрее и быстрее.

Тасянь-Цзюнь не издал ни звука. Из вспыхнувших на дне его глаз искр стал разгораться свет. Едва придя в себя, он поднял руку, призывая Бугуй.

Ши Мэй слегка приподнял подбородок. Его взгляд скользнул вверх от рукоятки меча на лицо Мо Жаня, напоминающее сейчас оскаленную морду леопарда.

— Что? Злишься? Хочешь убить меня?

Не отражающее свет черное лезвие рассекло воздух, и в мгновение ока зависло над белоснежной шеей Ши Мэя. Занесенный меч безжалостно порезал нежную кожу и на ней тут же появилась налившаяся кровью алая полоса.

Ши Мэй не дрогнул и не отступил.

— Ваше величество Бессмертный Император, — с холодной усмешкой произнес он, — твоя способность двигаться и просто существовать полностью зависит от поддержки моей духовной силы. Если убьешь меня, тоже простишься с жизнью. Уж эту малость ты не можешь не понимать.

— …

— С точки зрения реальной силы, я действительно не могу победить тебя, — продолжил Ши Мэй, — однако тебе все же стоит подумать как следует и решить для себя, ты хочешь окончательно умереть или продолжать существовать в этом мире.

Твердо державшая меч рука Тасянь-Цзюня не дрогнула, однако несколько секунд спустя он отдернул руку, отозвал Бугуй и отвернулся.

Увидев, что он убрал меч, Ши Мэй поднял руку и нарочито медленно коснулся кровоточащей полосы на своей шее, после чего сказал:

— К счастью, ты не настолько глуп.