Хаски и его учитель белый кот. Том III

«Так или иначе, ты все равно круглый сирота. Пусть и жаль тебя, но когда ты умрешь, никто не будет горевать. Я столько лет растила тебя, пришло время отплатить за мою доброту».

Именно так его мать обосновала то, что они отправили на виселицу невиновного человека.

Напыщенность и пафос буквально витали в воздухе.

Спрятавшись в тени, Мо Жань из темноты наблюдал за чувствующим себя легко и непринужденно беспечным молодым господином А-Нянем.

О! Так вот как это бывает, когда кто-то любит тебя и болеет за тебя душой, когда у тебя есть мать, которая заботится и защищает? Даже если небо падает на землю, есть человек, готовый принять на себя удар, и только лишь о нем никто не вспомнит, если он умрет.

Мо Жань смотрел на Мо Няня. Смотрел очень долго и пристально.

Молодой господин Нянь уже приобрел одежду заклинателя и теперь, принарядившись, ждал, пока матушка уладит дела с продажей Терема Цзуйюй, и они отправятся в Нижнее Царство, где он, наконец, сможет стать молодым хозяином Пика Сышэн. Сейчас на заднем дворе в окружении той шайки парней, вместе с которыми он подставил Мо Жаня, Мо Нянь усиленно делал вид, что танцует с мечом.

— А-Нянь так хорош в фехтовании!

— Ты прямо излучаешь ауру героя! Когда попадешь в Нижнее Царство, то непременно станешь выдающимся мастером меча!

— Похоже, Пик Сышэн твоего дяди за последние пару лет высоко поднялся на небосклоне мира совершенствования. Ты не иначе как благословлен свыше, раз сможешь насладиться всеми этими благами! Не забудь и нашу банду, брат!

— Да! Именно! — тут же подхватил кто-то. — А-Нянь, никогда не забывай о нас, мы же выросли вместе и во всех делах друг друга прикрывали. Даже смерть той сучки из лавки тофу и то…

Сейчас А-Нянь уже уверился, что его новый статус позволяет ему смотреть на других свысока и не мог позволить даже бывшим друзьям вновь упоминать о том, что когда-то он запятнал себя, опозорив девушку. Едва услышав, что сказал этот человек, он немедленно направил на него оружие, так что кончик меча уперся тому в горло.

— В смерти той девицы из лавки тофу виновен Мо Жань, — не пряча гнева, сердито сказал он. — В тот день мы все видели это своими глазами. Одержимый звериной похотью, он совершенно потерял совесть и грязно домогался ее… Только эти слова ты всегда должен держать в памяти!

Человек, на которого был направлен его меч, затрясся от страха и тут же поспешил исправиться:

— Да, это… это все моя плохая память! Я просто оговорился!

Все прочие также поспешили успокоить А-Няня:

— Все этот Мо Жань! Зверь в человечьем обличье! Сволочь, хуже чем свинья или собака!

— Верно! Обесчестил девицу из простонародья. Сначала изнасиловал, а потом еще и убил. Мы все это видели, и теперь всю жизнь не сможем забыть злобную морду этого демона.