Хаски и его учитель белый кот. Том III

Когда Дуань Ихань нежно погладила личико сына, он залился смехом и начал брыкаться и пинаться своими маленькими ножками. Подумав еще немного, она сказала:

— Как насчет того, чтобы назвать тебя Жань-эр[258.6], а?

Мо Жань принялся сосать палец. Его черные блестящие глаза рассеянно смотрели на нее. На мгновение на лицо Дуань Ихань легла тень печали:

— Я не знаю, какую фамилию тебе дать: Наньгун — нельзя, но и мамину фамилию ты носить не можешь, ведь она дана мне хозяйкой музыкальной палаты и принадлежит ей. Ты такой же, как и я, немного не от мира сего… Я буду звать тебя просто Жань-эр, хорошо?

Посасывающий палец Мо Жань не кивнул и не покачал головой, а просто удовлетворенно причмокнул.

— Мой малыш Жань-эр, как только наступит весна, мы с тобой вернемся в Сянтань, — Дуань Ихань нежно погладила его по похожим на пушок мягким волосам на голове. — Мама умеет играть на пипе и танцевать. В Сянтани живет юная барышня по фамилии Сюнь, которая твоей маме как сестра. Уверена, ты ей понравишься. Ты же будешь послушным и очень быстро научишься называть ее «тетя»… Хотя, наверное, не стоит, учитывая ее скверный характер, лучше побыстрее научись называть ее старшая сестрица. Когда мы встретимся, обязательно обращайся к ней «старшая сестра Сюнь», и тогда ты точно получишь много сладостей, понимаешь? — он взяла его за маленький пальчик и мягко пообещала. — Жань-эр, просто подожди еще немного. Зима скоро пройдет, а когда наступит весна, мы сразу вернемся домой.

Но в итоге та зима затянулась и оказалась очень длинной.

В тот год мир постигло Великое Бедствие. Из-за разгула нечисти в Нижнем Царстве Линьи воздвигло на границе Верхнего Царства защитную стену, и простым людям было строго запрещено выходить и входить, поэтому Дуань Ихань не смогла уехать.

Она устроилась на работу в лавку, которую держала одна небогатая семья ремесленников, рассчитывая заработать немного денег, чтобы прокормить себя и сына. Однако, как известно, шила в мешке не утаишь, и очень скоро кто-то рассказал жене Наньгун Яна о похождениях ее мужа. Одним словом, вскоре хозяин пекарни, у которого работала Дуань Ихань, без всякого повода вдруг выгнал ее.

После этого всячески притесняемая по указанию супруги Наньгун Яна Дуань Ихань так и не смогла найти работу в Линьи. Не в силах иначе заработать себе на пропитание, ей пришлось вместе с маленьким сыном давать уличные представления за милостыню в несколько медяков. Как-то раз, когда она пела на улице, пытаясь заработать на хлеб, роскошно одетый Наньгун Ян на норовистом коне и в сопровождении своей большой свиты проезжал мимо нее.

Так как его совесть была нечиста, он всячески избегал встреч с ней, но на самом деле, в его случае в этом не было никакой необходимости.