Халид. Во власти врага

Кидает чайные листья в заварник, сжимает пальцами край тумбы.

Дурная.

Пиздец.

Один намек на ревность – и я прощался со своими девками. Мне подобного не надо. Я не замуж звал, чтобы что-то обещать. Только те в открытую предъявляли, будто имели право. Ада же молчит, кусает губы и источает ядовитую злость.

Лучший наркотик, на который я подсаживаюсь. Никогда не употреблял, хотя сам поставками занимался. А тут распробовал. Прижимаюсь к ней, складываю ладони на животе. Впечатываю своё тело в её, давлю, чтобы перестала чудить.

– Так что за предъяви за других баб?

– Разве ты не сам говорил, что я буду одной из твоих содержанок? Мне, Халид, плевать. Езжай к кому хочешь, но меня отпусти.

– Хорошо, - упираюсь подбородком в её плечо, вдыхаю аромат чая. – Мне нравится такая сделка. Что пока я не езжу к другим девкам, то ты со мной. Согласен.

– Я не это предлагала.

– А я это услышал. Пора тебе смириться, Ада. Что там твой Бог говорит о смирении?

– Бог гордым противится, а смиренным дает благодать. Только ты не Бог, Халид. И у меня нет своего Бога. Я не верующая.

– Для той, кто не верит, ты очень хорошо знаешь Библию и Коран.

– Ты знал, что те, кто изучают религиоведение, чаще всего атеисты? Так и со мной. Ни один Бог не сделал мне ничего хорошего, чтобы ему поклоняться. Я… Мне правда не очень хорошо, я не готова сейчас спорить.

– Тогда не спорь. Просто расслабься, Ада.

– И получай удовольствие?

– И отдыхай.

Оставляю поцелуй на её шее, чувствуя, как девушка дёргается. Всё ещё боится прикосновений к этой зоне. Но я это исправлю. Покажу, что со мной она ничего не должна бояться.

Для Ады не существует Богов, но я собираюсь стать единственным. Чтобы мне верила и просила о защите. Потому что факт прост, если бы она попросила о чём-то невозможном – я бы ей достал. Парней отправил, сам бы в чёртов лес поперся за цветком папоротника.

Но Ада не просит. Ей нихера не надо, и это бесит. Я хочу, чтобы она нуждалась во мне. Просила, хлопая ресницами, признавала мою силу, подчинялась.

Ада сильная, не каждый мужик такой внутренней силой обладает. Но хочу, чтобы со мной она была слабой.

– Так что там с жучками? – спрашивает, расставляя на стол чашки. Находит печенье, подвигая ко мне. Крутится, пока не утягиваю к себе на колени. – Халид!

– Ша, колючка. Пока прослушку принесла ты, официально. Я просмотрел камеры вечером, на них ничего не было.

– Я же сказала…

– А я уже говорил, что не люблю, когда меня перебивают. Тебе пора научиться слушать, Ада. Не действовать напролом. Я ничего не нашел, что навело мысли на Луку. Но пацан знает, что один всю власть не удержит.

– А Цербер?

Спрашивает, а после обрывается. Отводит взгляд, понимая, что взболтнула лишнего. Ада наверняка в чём-то замешана. Ни одна бы девка так долго не сопротивлялась.