Халхин-Гол. Граница на крови

Но расчет орудия сорок пятого калибра не успел произвести выстрел.

Загрохотала канонада на западном берегу, ударили счетверенные пулеметные установки. Они одинаково успешно могли стрелять и по воздушным, и по наземным целям. Японские «Чи-Ха», «Оцу» и бронеавтомобили «Осака» попали в зону обстрела советской артиллерии и пулеметов. Все боевые машины были уничтожены за несколько минут. Погиб капитан Одзава, с ним больше половины роты. Остальные бежали на север, за сопки. Фланговая угроза была снята.

— Ты молодец, Стенько, спасибо тебе! — воскликнул Новиков.

Но он понимал, что артподготовка и авианалет — предвестники скорой атаки японцев. Раз у Куроки появилась батарея, то это значило, что он получил подкрепление. Какое именно? Это предстояло узнать в ближайшие минуты.

Стопятидесятимиллиметровые гаубицы вновь открыли огонь. Шесть снарядов разорвались у позиций монгольской роты. Куроки видел гибель подразделения Одзавы и решил основательно проредить ряды тактической группы. Эта попытка не удалась, но потери монголы понесли. После этого обстрела майор Куроки приказал командиру батареи капитану Хусино перевести огонь на западный берег.

Советские артиллеристы опередили его, уничтожили еще два орудия, тем самым ополовинили батарею противника. Снаряд попал в ящики с боеприпасами. Взрыв поднял в небо огромное огненно-черное облако дыма.

Но японцы тоже дрались до конца. Оставшиеся четыре орудия ударили по западному берегу. Теперь уже советским офицерам пришлось считать потери. Вражеская батарея уничтожила два орудия и две пулеметные установки.

Нашим войскам, расположенным за рекой, пришлось маневрировать, дабы избежать поражения от огня неприятельских гаубиц. Батарея разошлась вдоль берега, не стала отходить в глубину территории. Это был приказ командира артиллеристов, и он оказался прав. Очередной залп четырех стопятидесятимиллиметровых орудий пришелся как раз по рубежу, отстоящему от берега реки на триста-пятьсот метров. Именно туда и вышли бы советские пушки, пойди они вглубь. Но этого не случилось, и снаряды вспахали пустую землю.

Майор Куроки бесился на своем КНП:

— Что происходит? Почему разведка не выявила скрытые позиции русской артиллерии и пулеметов? Они уничтожили роту Одзавы, выбили половину орудий батареи Хусино!

Его заместитель лейтенант Сасаки проговорил:

— Как минимум восемнадцать снарядов легли точно на позиции русских и монголов. Это значит, что они понесли значительные потери. Хусино наверняка уничтожил часть русских гаубиц и зенитных пулеметов. Он только что провел обстрел западного берега. Я думаю, для паники нет никаких причин.

— А кто паникует? Ты, лейтенант, смеешь упрекать меня в этом?

— Извините, господин майор, но вы вне себя.