Халхин-Гол. Граница на крови

Kи-30 и Ки-43, прикрывающие их, шли на высоте примерно в восемьсот метров. «Дегтяри» могли достать их, но нанести урон были не способны."

"Первое бомбардировочное звено из трех самолетов вышло к передовым рубежам тактической группы. Тут японцев ждал неприятный подарок, которого они никак не ожидали. Огонь открыла зенитно-пулеметная батарея счетверенных установок «Максим», скрытно вставшая на западном берегу и доукомплектованная. Бомбардировщики вспыхнули, таща за собой шлейфы черного дыма, прошли над укрепрайоном и упали в реку. В западный берег воткнулся и один истребитель «Накадзима».

Командир второго звена Ки-30 среагировал на обстрел молниеносно. Он отвернул самолет на юг, за ним пошли остальные два бомбардировщика. Истребители же атаковали позиции зенитной батареи. И тут же полыхнули еще два самолета. В небе остался один «Накадзима», который отвернул назад.

Японские самолеты вышли из зоны обстрела пулеметной батареи, но в небе появились советские истребители И-16. Они догнали бомбардировщики, вступили в бой и с ходу подожгли два Ки-30. Третий открыл огонь из пулемета, который размещался сзади кабины. Один И-16 вспыхнул.

Второй был атакован истребителем «Накадзима». Завертелась карусель. Пилот И-16 подстрелил японца, но и тот успел выпустить очередь. Падали они вместе. Летчики одновременно выпрыгнули из горящих машин и опустились практически в центре Номана, где японца тут же арестовали, а советского пилота проводили в укрытие.

Авианалет принес японцам только потери. К аэродрому смог уйти лишь один Ки-30, сбросивший бомбы восточнее передовых рубежей обороны тактической группы.

Новиков хотел приказать личному составу занять боевые позиции, но тут на востоке прогремели выстрелы. Почти тут же на всей территории до реки выросли грибы от разрывов снарядов.

— Черт возьми! — выругался капитан. — Батарея. — Он повернулся к старшему политруку. — И откуда она бьет?

— На этот раз прямо с востока. Ее позиция на удалении не более пары километров от нас.

Новиков приказал связисту вызвать командира артиллерийской батареи. Связь уже не действовала, видимо, была повреждена японскими самолетами, упавшими в реку. Но наблюдатели отслеживали обстановку с западного берега.

Сразу же после первого залпа японских гаубиц советская артиллерия открыла ответный огонь. Она смогла уничтожить два японских орудия, однако это не помешало всем остальным выстрелить второй раз. Дальность их действия позволяла накрыть и тактическую группу, и реку, и обширный район за ней, в котором находились советские батареи.

Один стопятидесятимиллиметровый снаряд угодил в танк. После этого у Новикова остался единственный Т-26, поврежденный БА-10 в капонире и еще два, вступившие в бой на позициях монгольской роты.